— Он сказал правду о Хен Вен? — спросил Тарен.

— Думаю, да, — сказал Гвидион. — Он испуган. Как и я, кстати. Рогатый Король едет в Каер Даллбен.

— Он сожжёт его! — вскричал Тарен.

Столько событий нахлынуло на него, что он на какое-то время забыл о доме. Перед его мысленным взором возникла белая хижина, охваченная огнём, облачко бороды Даллбена, сияющая лысина Колла. Даллбен и Колл в опасности!

— Не волнуйся, — успокоил его Гвидион. — Даллбен — старая лиса. Муха не пролетит в Каер Даллбен без того, чтобы он об этом не узнал. Нет, я уверен, огонь, о котором говорил Гурджи, это то, что Даллбен приготовил для незваных гостей. Зато Хен Вен в настоящей опасности. Нам надо спешить. Рогатый Король знает, что она сбежала, и будет преследовать её.

— Тогда, — всполошился Тарен, — мы должны найти её раньше его.

— Помощник Сторожа Свиньи, — торжественно провозгласил Гвидион. — Это первое твоё разумное предложение!

Глава четвёртая

ГВИТАНТЫ

Мелингар быстро нёс их мимо стены деревьев, растущих вдоль пологих берегов Великой Аврен. Наконец они спешились и двинулись пешком по пути, указанному Гурджи. Около заострённого валуна Гвидион остановился и издал победный клич. Рядом в глине чётко, будто вырезанные, отпечатались следы Хен Вен.

— Гурджи не солгал! — воскликнул Гвидион. — Надеюсь, он теперь наслаждается своими чавками и хрумтявками. Если бы я знал, что он так верно укажет нам путь, дал бы ему ещё. Да, она перешла реку здесь, — продолжал он, — и мы сделаем то же самое.

Гвидион взял Мелингара за уздечку и пошёл вперёд. Воздух вдруг охолодал, и мрачное небо словно спустилось. Неспокойные воды Аврен были серыми, прорезанными белыми полосами пены. Ухватившись за луку седла, Тарен осторожно спускался со скользкого берега.

Гвидион шагнул в воду. Тарен медлил. Очень уж ему не хотелось мокнуть. Но Мелингар, увлекаемый Гвидионом, потянул его за собой. Ноги его скользили по дну, разъезжались, он спотыкался, поднимал тучу брызг. А ледяные волны, накатываясь, уже доходили ему до подбородка. Течение стало сильнее, вода путами закручивалась вокруг ног, змеёй обвивала шею. Дно вдруг резко ушло из-под ног, и Тарен обнаружил, что дико танцует над бездной. Река жадно схватила его.

Мелингар уже плыл. Сильные ноги удерживали коня на плаву, но течение кружило его. Тарен не выпускал луки седла, и лошадь потянула его за собой.

— Отпусти седло! — крикнул Гвидион. — Плыви сам.

Вода хлынула в уши, в ноздри, в рот Тарену. С каждым вздохом река вливалась в его лёгкие. Гвидион подплыл к нему, нагнал уносимого течением юношу, схватил за волосы и вытащил на отмель. Вода лилась с него ручьями, пока он вытаскивал беспомощного Тарена на берег. Мелингар достиг берега чуть выше по течению и рысью устремился к ним.

Гвидион грозно поглядывал на Тарена.

— Я же велел тебе отцепиться. Все Помощники Сторожа Свиньи такие упрямые?

— Я не умею плавать, — выкрикнул Тарен. Губы его дрожали, зубы выбивали дробь.

— Почему же ты не сказал мне об этом до того, как мы вошли в реку? — сердито спросил Гвидион.

— Я думал, что сумею, что у меня получится само собой. И если бы Мелингар не потянул… — пробормотал Тарен.

— Ты должен научиться отвечать сам за свои глупости, — отрезал Гвидион. — Что касается Мелингара, то у него такой запас мудрости, что, боюсь, ты не наберёшь столько, даже став мужчиной.