После короткой медитации я всё-таки завершил процесс параллельного очищения двух пациентов, но после этого уже чувствовал себя, как выжатый лимон. Сладкая парочка поблагодарила меня за помощь и быстренько испарилась из приёмного отделения, даже не подошли на ресепшн, как я их просил, заразы. О том, что они ушли, я регистраторам доложил сам.

Потом усталый, но довольный поплёлся в сторону ординаторской, очень хотелось выпить кружку чая, пока работал с этими двумя, как следует взмок, теперь организм настойчиво просил вернуть жидкость на место.

— А нечего было так потеть, — сказал я сам себе.

— С кем это ты разговариваешь? — удивлённо спросил Герасимов, я даже не заметил, что прохожу мимо него.

— Со своим богатым внутренним миром, — ухмыльнулся я.

— Выглядишь неважно, — сказал он, бегло меня осмотрев, — получилось хоть?

Я молча кивнул.

— Молодец! — улыбнувшись сказал он. — Первый раз всегда тяжело, а потом сам не заметишь как привыкнешь. Иди отдохни немного и снова в бой. Ты сегодня собирался в гастроэнтерологию, насколько я помню.

— Будет сделано! — сказал я, изобразив подобие воинского приветствия, и неуверенным шагом направился в ординаторскую.

На полное восстановление запаса энергии и водно-солевого баланса у меня ушло минут пятнадцать. Потом я усилием воли оторвал себя от уютного кресла и отправился на третий этаж.

Кабинет заведующего здесь находился почти на входе, дверь была открыта. Видимо для того, чтобы мимо ни одна мышь не прошмыгнула незамеченной. Надпись на табличке возле двери я отсканировал взглядом автоматически и без стука вошёл.

— Здравствуйте, Михаил Иванович, — приветствовал я лысоватого мужчину лет шестидесяти.

Он был явно невысокого роста и не особо выдающегося телосложения, но его колючий взгляд прошивал насквозь. Серьёзное лицо, плотно сжатые губы под аккуратно стриженными усами и сканирующий взгляд.

— Заходи, практикант, — небрежно бросил он не особо приветливо. — Герасимов о тебе вчера говорил, а ты пришёл только сегодня.

— Вчера я был этажом выше, извините, — спокойно и без лишнего лебезенья ответил я.

— Нечего там было делать, — с пренебрежением сказал мужчина. — Вот, держи пустые истории болезни, фамилии там написаны, они только что поступили.

На стол передо мной спокойно легли три истории, в которых кроме персональных данных и, правда, ничего больше не было.

— Опросить, осмотреть, просканировать, — начал перечислять мои задачи заведующий. — Установить диагноз, заполнить истории, назначить лечение, потом сразу отдать мне на проверку. Посмотрим, что ты собой представляешь, потом решим, что дальше.

— Задача ясна, — сказал я, сунув истории под мышку. — Разрешите идти выполнять?

— Хм, выполняй, — небрежно бросил он и махнул рукой в сторону двери, мол, выметайся.

М-да, это не просто подойти к пациенту, очистить от негатива и уйти. Полный цикл с нуля по каждому. Буду стараться сам разобраться, а если уж буду сильно буксовать, тогда обращусь к нейроинтерфейсу. Гастроэнтерологию я вчера перед сном повторил по-быстрому, но, ясное дело, всё досконально запомнить не успел.

С первым пациентом я провозился минут сорок, болячка у него оказалась довольно редкая, поражение кишечника мелкими воспалительными инфильтратами аутоиммунного генеза. Язву желудка у следующего выявил через три минуты от начала общения, больше времени заняло заполнение истории болезни. С третьим повозился чуть подольше, но воспаление поджелудочной железы выявил самостоятельно, не прибегая к помощи нейроинтерфейса.

По идее я мог бы сразу заняться исцелением, но такого приказа у меня не было. Учитывая, что заведующий отделением мужик суровый, я решил не выделяться раньше времени, а завершив заполнение документов, вернулся к нему в кабинет.