Я дал приказ остановиться и замереть. Наступила полная тишина, которая давила на уши хуже любого грохота. Ни единого шороха, ни шагов, ни сиплого дыхания каменных монстров.

Тёмный зев расширяющейся пещеры буквально манил меня. Я решил понадеяться на свои новые навыки и на боевую мощь отряда и уверенно шагнул вперёд. Теперь по проходу мы могли идти уже впятером плотной шеренгой.

Чуть дальше проход ещё больше расширился, а затем вывел в огромную каверну высотой более десяти метров. Её ширину и длину определить было невозможно — стен не было видно, сколько ни вглядывайся в темноту. Кое-где могучий свод опирался на толстые каменные колонны. Они выглядели естественно-природными, скорее всего, это были многовековые сталактиты, но создавалось впечатление, будто их поставили здесь специально, чтобы потолок не обрушился.

Наши фонари пытались выхватить из темноты хоть что-то. Пока были видны лишь эти колонны, и лишь кое-где угадывались дальние стены.

И вдруг неподвижный каменный пейзаж ожил. Из-за колонн выскочили скрывавшиеся там крупные Каменные Василиски и, утробно рыча, устремились в нашу сторону. Их было явно больше двадцати.

— Отступаем! — крикнул я, не оборачиваясь, и начал пятиться назад, к проходу, из которого мы вышли.

По приближающимся василискам ударили потоки огня и молний. Загрохотали одиночные выстрелы, вызвав осыпание мелких камней и пыли откуда-то сверху.

Я тут же приказал прекратить стрельбу. Вскинувшей лук Евгении я дал знак остановиться и покачал головой. Взрывы её стрел могут вызвать обвал, и тогда мы останемся погребёнными здесь навсегда. Этого допускать точно никак не хотелось.

Мы продолжили отступать всё дальше в проход. Несколько василисков пали замертво, но остальные перебирались через их тела, протискиваясь под уже относительно низким потолком пещеры, и продолжали приближаться, несмотря на потери.

Когда дистанция сократилась до десятка шагов, они начали применять ментальную атаку. Однако большого эффекта она не возымела. Все бойцы моего отряда к этому моменту либо обладали хотя бы минимальной ментальной резистентностью, либо носили защитные амулеты. Поэтому мы лишь поморщились от внезапной головной боли, продолжая отступать и бить приближающихся тварей молниями и огнём.

К наступающим Каменным Василискам присоединились ещё и довольно крупные Каменные львы. Откуда-то высыпали несколько десятков горилл. Без огневой поддержки стрелков нам было довольно сложно успевать отбиваться, поэтому мы продолжали отступать, надеясь только на молнии, огонь и магические щиты.

Учитывая, что Каменные Василиски к огню были довольно устойчивы, о чём мы знали ещё раньше, основную роль в их уничтожении играли молнии. Огонь мог лишь притормозить и на какое-то время удержать их, но не убить.

Перед нами рухнул замертво один Василиск, потом второй. Третий умудрился перелезть через их тела, уже с трудом протискиваясь под низким потолком. Его я ударил мощным разрядом сдвоенной молнии прямо в раскрытую пасть.

Теперь проход оказался почти загорожен. В небольшие отверстия по краям пытались пробраться каменные гориллы. У одной даже почти получилось, но монстр все же не успел, тут же бессильно обвис после удара молнии в голову. В этом плане мои способности в магии молнии были лучшим подспорьем в уничтожении тварей.

Теперь проход был закупорен полностью.

— Выходим! — скомандовал я.

Отряд развернулся и направился вперёд, пока не достиг одной из развилок, где был вынужден остановиться. Я протиснулся между бойцами, отслеживая показания нейроинтерфейса, и повёл отряд за собой.

Однако стоило нам пройти очередную развилку, как на нас высыпали каменные гориллы сразу из двух проходов.

Михаил Анатольевич держал щит достаточно уверенно, чтобы мы могли не беспокоиться на этот счет.