Валерий Павлович стеной огня сдержал наступление целой стаи крупных горилл из ещё одного прохода, который до этого пустовал. Бой уже шёл не на жизнь, а на смерть, такого количества уцелевших тварей я никак не ожидал, и приходилось прикладывать все больше усилий, радуясь, что благодаря обширной практике я восстанавливался все же быстрее среднего мага.

И тем не менее я чувствовал, как проседает уровень энергии, поэтому старался по максимуму черпать её извне, а также преобразовывать довольно сильные негативные излучения в целебную энергию.

Отправить протазан в полёт здесь было совершенно невозможно, поэтому я вернулся к тому, с чего начинал: лезвие протазана было до отказа заполнено двумя энергиями. По чёрной поверхности бегали зелёные и золотистые искорки. Я пронзал чёрным навершием глотки каменных горилл и головы каменных львов.

В ход пошёл и огромный меч Матвея. Размахнуться как следует мешали относительно узкие проходы, поэтому он действовал им, скорее, как не очень удобным копьём, пробивая каменные шкуры и стараясь попасть в сердце.

Увидев пустой проход слева от себя, я скомандовал отряду отступать туда, пока мы с Матвеем сдерживали волну монстров, постепенно отходя назад.

Просвет пещеры наполовину заполнился телами. Рычащие твари, скрежеща каменистой шкурой, продолжали лезть через трупы своих сородичей и пытаться нападать на нас, не обращая внимания на раны и потери в своих рядах.

Их ожесточение можно было понять: они воевали у себя дома с пришельцами, которые вытравили немалое количество их сородичей. Ну это если не считать, что твари Аномалии в целом очень агрессивно относятся к людям.

Весь отряд уже ушёл в боковой проход, но бойцы ждали нас. Нам помогали молниями маги, которые к этому времени уже успели восстановиться.

Проход в этот отрог в итоге оказался полностью завален телами монстров, и мы смогли двигаться дальше. Но теперь появилась другая проблема: этого отрога не было на карте моего нейроинтерфейса. Пришлось надеяться на свою память, а точнее, на интуицию, которая в таких ситуациях меня чаще всего не подводила. Спасибо моему наставнику, который буквально спускал с меня три шкуры на тренировках на полигоне возле замка.

Я возглавил отряд и повёл его в сторону выхода. Карта нейроинтерфейса упорно показывала, что мы находимся где-то не там. Впрочем, это было неудивительно.

К счастью, чутьё меня не подвело, вскоре впереди мы увидели проблески света вдалеке. Свет был довольно призрачным, но всё же это был свет — значит, там находился выход на поверхность. Ну или хотя бы что-то интересное.

Я практически выбежал наружу, слыша за спиной топот десятков ног. Нам просто повезло, что на нас больше никто не напал за то время, пока мы искали выход. О добыче ресурсов с убитых монстров уже не могло быть и речи — нужно уносить ноги. Рисковать и так уставшими людьми я не собирался.

Когда все выбрались на поверхность, запыхавшиеся и оглядывающиеся по сторонам, я наконец с облегчением вздохнул. Несколько минут мы всем отрядом стояли посреди чаши, приводя дыхание в порядок и восстанавливая силы.

— Хватит на сегодня, пожалуй, — сказал я, махнув рукой. — Возвращаемся на базу.

— А газ всё-таки работает, — сказала Евгения. — Я насчитала несколько десятков трупов, плюс те, кого мы добивали.

Тем временем организованная колонна уже шла обратно в сторону шахтёрской базы сквозь туман.

— Неплохо работает, — кивнул я. — Надо продолжать.

— Да мы только один проход проверили, а вышли из другого, — вставил Матвей. — Судя по отсутствию там мёртвых монстров, как раз из того, где не сработал твой шар.

— Я его видела по пути, — сказала Женя.