Кончилось всё тем, что я прогнал двух спорящих клуш во двор — пусть хоть до утра разбираются.

— Виктор Иванович, а вас я попрошу остаться, — тормознул я тульпу голосом Леонида Броневого. — Как считаете, мы радиостанции в состоянии делать?

— Конечно, можем, — кивнул Иваныч, — Только нужно использовать связку из двух артефактов. Ветвь Движения будет отвечать за акустику, а ветвь Света за передачу и приём радиоволн.

— И какие частоты вы бы посоветовали?

— Нужно смотреть насколько далеко будет собеседник, — с этими словами тульпа достал из кармана сюртука блокнот с карандашом и даже не присев начал в нём что-то чиркать. Минут через пять он вырвал листок и протянул его мне, — Это примерная таблица распространения радиоволн в эфире в зависимости от длины волны.

— Можно подумать я что-то понимаю в твоих писульках, — проворчал я, отказываясь принимать от галлюцинации воображаемый лист бумаги, — Какой диапазон лучше всего использовать для связи на расстояние в сто километров?

— Коротковолновый, но желательно с хорошей антенной, — ответил Виктор Иванович и вновь принялся что-то рисовать у себя в блокноте, — Вот схема антенны с размерами, а вот наиболее подходящие частоты для данного расстояния.

В итоге почти час проговорили.

По мере общения с тульпой у меня появилось полное понимание, какой должна быть будущая радиостанция. Стоит отметить, что она мало чем принципиально отличается от аналоговых радиостанций, известных в моём мире.

Согласно моей концепции в передатчике артефакт Света должен был заменить генератор высокой частоты, модулирующее устройство и передающую антенну, а перл Движения отвечал бы за низкочастотные колебания, то есть был бы микрофоном и микрофонным усилителем. В приёмнике перл Света должен становиться приёмной антенной, приёмным контуром и детектором, а перл Движения усилителем низкой частоты и громкоговорителем.

Да, печально, что придётся использовать две ветви и для комплекта из пары радиостанций придётся формировать четыре перла. Но есть и утешительный приз — для работы со звуком потребуется слабый нетребовательный артефакт, который будет работать с любым моим кровным родственником.

Хочу ли я заработать на радиостанциях? Конечно, хочу. А кто не хочет? Вот только в данный момент меня интересуют отнюдь не деньги. Мне до колик в животе любопытно, сработает ли мой принцип связи или нет. Конечно, в случае неудачи жалко будет потраченной эссенции из колодцев, но что поделать. Не попробуешь — не узнаешь.

Моё утро началось с комплекта акустических перлов.

С первыми петухами я выбежал с усадьбы, и в качестве разминки пробежался до колодца Движения, в котором создал свой самый первый артефакт. Через час я уже завтракал свежеиспечёнными блинами, а в моём кармане лежал плотно закрывающийся пенал, с двумя небольшими жёлтыми жемчужинами внутри.

— Акулина, распорядись, чтобы ларцы из моей комнаты в карету погрузили, — дал я задание девушке в тот момент, когда она принесла на стол свежую стопку блинов.

— Снова перлы собрался делать, Ваше Сиятельство? — прогудел Никита, держащий в одной руке блюдце с чаем, а другой тырящий мои блины у меня же из-под носа.

— К деду едем, а от него в Велье, — пояснил я. — Только по пути остановимся в одном месте, нужно ларец аурумом наполнить.

Я ещё летом рядом с дедовой усадьбой заметил колодец Света, но в тот момент он был вроде как не нужен. Даже аурум для фонарика Никиты я собирал значительно ближе к Михайловскому. А тут, смотрите-ка, пригодился источник.

— Где тебя носит, князь? — встретил меня Пётр Абрамович у порога своего дома, — Нам ещё тридцать вёрст до Велье ехать.