— А ты в какую церкву собираешься идти? Их же полно в Пскове.

— Да в любую можно, если с чистыми помыслами идёшь. В ближайшую и пойду. Взять хотя бы Успения Богородицы с Полонища, что на перекрёстке.

— Разбуди меня. Я с тобой схожу.

Не то чтобы я стал в этом мире воцерковленным, но почему-то начал считать, что сходить в храм это нормально и правильно.

Утром перед выходом в церковь я дал Григорию немного денег. А то как-то стрёмно получается — он у меня вроде как дворня считается, а значит, ни дохода не имеет, ни с земли не кормится. С крепостными всё понятно — те, если на барщине, то с продуктами в церковь идут, а которые на оброке могут и копейку приходу пожаловать. А Григорию Фомичу как быть? Ни службу не заказать, ни свечку не поставить.

В интересную церковь мы с Григорием попали — глядя со стороны, и не скажешь, что перед тобой храм стоит. Скромной квадратное здание. Скругленные углы. Со всех сторон портики на колонах, а по центру крыши широкий барабан с окнами. Если б не яблоко с крестом на куполе да звонница около здания, то сразу и не догадаешься, что в церковь пришёл.

— Храму всего шесть лет, — поделился со мной историческими знаниями Виктор Иванович. — Его на месте старой церкви возвели на деньги помещицы Шишковой.

— То-то я смотрю, что он выглядит как новый, — заметил я. — Даже штукатурка нигде не отваливается.

— Кстати, Шишкова бабушка будущего декабриста Назимова, — продолжил блистать тульпа своей эрудицией. — Он после ссылки тоже в эту церковь делал пожертвования на благоустройство.

К моему удивлению народу было многовато для столь небольшого прихода. Вроде и не праздник, а прихожане идут и идут. После того, как я опустил в кружку для пожертвований ассигнацию в пятьдесят рублей да купил на мелочь свечей, мой взгляд устремился на амвон. Только сейчас я понял причину сегодняшнего аншлага — утреню собирался проводить сам митрополит Псковской епархии Владыка Евгений. Что любопытно, Владыка меня заметил и лёгким, едва заметным кивком головы поприветствовал.

— Доброе утро, Владыка Евгений, — подошёл я поздороваться с митрополитом по окончании службы. — Не ожидал Вас сегодня увидеть в храме.

— И тебе здравствовать, князь, — с улыбкой ответил на моё приветствие Владыка. — Какими судьбами в Пскове? Отчего не в столице?

— Так уж сложилось, что стал владельцем Велье, — пожал я плечами. — Вот улаживаю разные канцелярские дела.

— Велье, говоришь, — задумчиво пригладил бороду митрополит. — Знаю такое село. Бывал не раз. Церковь Воздвижения Креста Господня от Псковской епархии там стоит. Хороший храм. Его граф Ягужинский построил в своё время. Вот разве что колокольня совсем худая стала, поскольку деревянная, а у церкви на каменную средств не хватает. Нужно что-то с местным настоятелем делать — совсем приход зачах.

— Войду в права — разберусь, — пообещал я. — Если что, то звонницу на свои построю.

— Да я уже заметил, что ты не скуп, как иные помещики. Пособил, вон, — кивнул Владыка в сторону кружки для пожертвований, — не мелочью, а ассигнацией.

Вот ведь глазастый Владыка. Всё-то он успевает примечать.

— Если в Велье какие-то недоразумения с церковью будут, будь добр, князь, не руби с плеча. Лучше ко мне обратись, — посоветовал Владыка. — А я уж своей властью помогу. Кстати, раз уж встретились, утоли моё любопытство — правду ли в народе говорят, что ты для Строганова чуть ли не чудо-перл сотворил?

— Истину говорят, Владыка, — не стал я отпираться от известного факта. — Надеюсь, Сергей Григорьевич с умом и с пользой для страны распорядится попавшим в его руки артефактом.