По факту он прав. Раньше так и определяли богатство помещика, называя не размер его владений, ни количество проданного зерна, а именно число ревизских душ.

— Не угадали. Даю вам ещё одну попытку.

— Неужто размером земель? — заранее помотал дядя головой.

— И опять неверный ответ, — спародировал я его движения, — Я тут газеты с собой прихватил. Не угодно ли со ставками на банковские вклады ознакомиться? — подтолкнул я в их сторону газеты, прихваченные с собой.

— А это ещё к чему? — покосился отец на газеты, даже не сделав попытки пододвинуть их к себе поближе.

— Богатого человека понять не сложно — нужно просто встать на его место. К примеру, вы имеете миллион рублей, который желаете успешно вложить. Первая же мысль, которая приходит в голову — положить их в банк, чтобы они гарантированно приносили доход пятьдесят тысяч в год. Без всякого риска, забот и хлопот. Вторая — купить имение. Вот только имение должно приносить больше пятидесяти тысяч, поскольку недород или чересчур хороший урожай способны понизить доход ниже этих пятидесяти тысяч.

— Хороший урожай доход снизит! Это как? — хохотнул дядя, словно он глупую шутку услышал.

— Очень просто. Цены на то же зерно в два раза упадут, так как урожай не только у вас уродится, но и у соседей. А лишних амбаров в ваших имениях нет. Вот и пропадёт тот излишек, либо продать его придётся за бесценок, чтобы не сгнил. Вы же ни в строительство новых амбаров, ни в ремонт старых ни разу не вкладывались с тех пор, как в права наследства вошли? — озадачил я их вопросом, на который у них не было ответа, — Оттого и получается, что для вас обильный год куда страшней, чем недород.

— И что же ты предлагаешь?

— Я уже сказал. Готов рассмотреть покупку Болдино. Берём ваш средний доход за три года, умножаем его на восемнадцать, вычитаем долги с набежавшими процентами и вуаля — получаем тот капитал, который вы получите на руки. Кладите его в банк и живите на проценты с капитала. Вроде же всё понятно объяснил? Если что, я у себя буду, а вы посчитайте и подумайте пока. Но ответ мне надо знать не позже воскресенья, — поднялся я из-за стола, поблагодарив матушку за отличный завтрак.

— Александр, — догнала она меня в коридоре, — Ты бы не слишком выделялся. Не любят у нас дворяне и аристократы из старых Родов тех, кто слишком быстро и ярко подняться пытается. А ты князем стал, и как я поняла, дед тебе денег много пообещал, — посмотрела она мне в глаза, пытаясь понять, угадала она или нет, — Но ты ему не верь. Нет у него таких капиталов. Даже трети не наберётся.

Отвечать я ей не стал, просто поцеловал в щёку и сказал, что я её люблю.

Нашу «прекрасную креолку» пробило в слёзы и она поспешила к себе, а я отправился в ещё раз штудировать книги, полученные от деда. Перл из аурума, добытого на Великом Источнике — задача архисложная, требующая не только высочайшей концентрации внимания, но и изобретательности.

Разговор с графом Строгановым вышел на удивление коротким и конструктивным. Граф хотел эксклюзив, причём по максимуму. Эк его пробило! Перл в десять линий его уже не устраивал, так как очень уж ему хотелось большего. Сговорились на перл в двенадцать линий, что в переводе на метрическую систему мер составляет чуть больше трёх сантиметров в диаметре, и на двести восемьдесят тысяч серебром. Как по мне — сумасшедшие деньги, но видимо, не для Рода Строгановых. Завтра их лекарь произведёт небольшое кровопускание графу, и уже к девяти утра пузырёк с его кровью ко мне доставит слуга. Окончательно сомнения графа рассеялись, когда я сказал, что пузырёк он может запечатать сургучом и свою печать на нём поставить. Открывать я его не буду. Для изготовления перла в этом нет необходимости. Вполне достаточно пузырёк при себе держать, чтобы снять с него слепок личности.