— Так и что? Получается, ты теперь можешь больше? — прищурилась Тень.

— Да, моя сила возросла. Немного, но я это четко ощущаю, — кивнула Матильда. — Я вас очень прошу, больше так не делать. Не нужно меня спасать, я же как-то без вас жила это время.

Она выглядела раздосадованной. Я ее прекрасно понимал. Но нисколько не жалел о том, что вмешался, и увидел то невероятное заклинание. Кстати, о нем.

— Матильда, я могу расспросить тебя о ритуале? — спросил я ведьму.

— Можете, конечно. Только у меня ответов для вас нет. Я не знаю, что происходит во время него. Могу лишь описать свои ощущения.

Она задумчиво пожевала губы, покрутила чашку и снова посмотрела на меня.

— Мне показалось, что вы нравитесь богине, — выдала она и опустила глаза.

— А кому он не понравился бы? — проворчала Тень, закрыв лицо чашкой. — Знать бы еще, во что это потом выльется.

Маг без магии, обладатель абсолютной магии и любимчик богини. Этот мир умеет преподнести сюрпризы.

— И как ты чувствуешь, что нужно пройти ритуал? — Еж наконец отложил сковородку.

По-моему, он ее использовал, как предлог не участвовать в разговоре. Иначе зачем он поджарил два десятка тостов?

— Сложно сказать, — Матильда в очередной раз дернула плечом. — Просто раз и надо. Я думаю, что со временем сила богини выветривается из меня, а ритуал обновляет, наполняя заново.

— Очень странно, — потянула Тень. — Леда тоже проходила через ритуал?

— Нет, только я. Она всегда воспринимала это как плату за мою жизнь, и готова была его проводить хоть каждый год.

— Но сегодня был лишь пятый раз, — добавила Оксана.

— Да. В них нет никакой системы. Первый раз я прошла через него в пять лет, потом в девять, в тринадцать, пятнадцать. И вот сегодня.

— Ты сказала, что ритуал связан с изменениями в жизни. Но Леда умерла, когда тебе было двенадцать, — заметил я.

— Почти год в моей жизни ничего не менялось, — тонкие пальчики Матильды крепче обхватили чашку. — Все счета были оплачены, договора с прислугой тоже. Продукты даже завозились. Матушка будто бы уехала по работе. Я училась, тренировалась и ни о чем не беспокоилась. А потом… Потом все закончилось. Сердобольные соседи, видя дом в запустении, охотно делились со мной газетными статьями. Оттуда я узнавала все мерзкие сплетни. Плюс начали приходить работники различных структур. Ребенок один в большом доме в столице. Всем было от меня что-то надо. Думали, что во мне такой же сильный дар, а может, просто хотели денег матери. Вот я и сбежала в Дубровск. Мы тут иногда жили. Это я уже потом поняла, что матушка не просто так выставила дом на продажу, а чтобы обеспечить меня.

— А дом так никто и не купил, — кивнула Тень.

— Да, если бы его продали, то я бы еще долго оставалась в столице, — нахмурилась Матильда, но тут же просветлела, — зато я встретила вас!

Она обвела всех взглядом, но остановилась на покрасневшей лысине Ежа, который успел снова отвернуться к плите.

Теперь мы все смотрели на суетящегося водника, который краснел все больше и продолжал выкладывать на блюдо новые тосты.

— Скоро нам потребуется места побольше, — я улыбнулся краешком губ, и Тень захихикала.

Матильда смутилась и уставилась в свою чашку.

— Ой, я тут подумала, — начала она. — А если вот нам всем вместе отправиться жить в тот дом?

— Под бок твоей богине? — скривилась Тень.

— А что? — удивилась ведьма. — Там хорошо. Места много. Да и потом, Тимофей Викторович говорил про клан, а это же много людей. Дом большой, красивый.

— У меня нет желания возвращаться туда, где меня взрывом на крышу забросило.