К моему счастью, в Черном Квартале было сейчас безлюдно и мне удалось довольно скоро покинуть место незамеченным. Я шел быстро, а сам рукой вертел в кармане артефакт, хотя и чертовски боялся, что он сделает со мной тоже самое, что и с моим киллером.

Вот так камешек! Старик Бо не соврал, действительно очень редкая штуковина, и чего-то подобного я никогда раньше не видел. Значит и в самом деле не для широкого круга пользователей его применяли. Что и говорить, если ювелир упомянул Стену, которая сдерживает Западную Тьму, которую якобы на этих камнях строили, то артефакт и в самом деле чрезвычайно мощный и редкий. За такой любой может глотку перерезать.

Домой я добрался через полчаса. Уже подходя к особняку, заметил машину и водителя Юру.

— Какого черта ты уехал, не дождавшись меня⁈ — накинулся я на него.

Мне хотелось поколотить его, и я едва сдерживался.

— Ваш брат велел мне срочно возвращаться назад! — поспешно ответил Юра, вжав голову в плечи.

— Что?

— Ваш брат. Он позвонил, как только вы зашли в магазин. И велел срочно возвращаться. Сказал, что дело очень важное, — Юра передернул плечами, словно стряхивая невидимый снег, становясь похож на лошадку, запряженную в повозку.

Понятно от кого подстава. Впрочем, а чего я ожидал? Борис явно следил за мной и когда ситуация подвернулась удачная, сразу же подыграл Бритве.

— Но я до сих пор жду, когда он выйдет, а его все нет, — продолжил водитель.

— Не дождешься, — немного успокоившись, ответил я. — Свободен. Постой, а кто в доме?

Я приметил в окнах силуэт незнакомца.

— Так ваш дядя приехал, господин Амадей Шпагин, — ответил водитель. — Ожидается торжественный ужин.

Чего точно не хотелось, так это торжественных ужинов, тем более в присутствии незнакомых мне людей. Да и знакомых тоже.

Я осторожно зашел в дом, но незамеченным проскочить в свою комнату не удалось.

— Сашка! — раздался густой бас. — Вырос то как!

Из гостевой комнаты вышел высокий мужчина, мне не знакомый. Он был средних лет, но уже с сединой на голове. Худое лицо было огранено аккуратной короткой бородкой. Незнакомец был одет изысканно, но не броско. Во всех деталях — сером клетчатом пиджаке из тонкой шерсти, белоснежной кашемировой рубашке, серебряных запонках с рубинами, — читался высокий стиль и чувство вкуса.

— Уже не мальчик, но мужчина!

Незнакомец подошел ко мне, взял в охапку и крепко обнял. Вырываться было бесполезно — хватка у гостя была медвежьей.

— Ну, не узнал дядю Амадея? — спросила Велимира Ивановна, выйдя в холл.

— Узнал, — соврал я.

— Что ты пристала к парню? — с укором спросил Амадей. Потом повернулся ко мне спросил: — Ну, как дела?

Улыбка гостя была обезоруживающей, да и сам он сразу располагал к себе. Доброе лицо, приятные черты, не в пример Велимире Ивановне, которая сразу вызвала отторжение и засела у меня в печенках.

— Нормально, — сухо ответил я, не зная, что именно нужно сейчас говорить, а про что лучше промолчать — письмо отца о том, что в семье есть предатель было свежо в памяти и хоть Амадей и не вызывал подозрений и интуиция моя молчала, но я все равно был осторожен.

— Нормально — это хорошо! А я смотрю, ты дар в себе выковал? От тебя так и веет огненными началами.

— Нет, не дар, — отмахнулся непринужденно я, хотя внутри весь напрягся.

Камень в кармане продолжал лежать я понял, что Амадей почувствовал его эманации.

— А что же? — нахмурился Амадей. — Готов поклясться, что плотно чувствую от тебя пламенные точки.