— Не помню точно. Думаю, это была женщина.

— Женщина?

— Да. Пожилая женщина.

Барбер снова пододвинул клерку по стеклянной поверхности прилавка фотографию Фэлкона.

— А может, все-таки этот парень?

— Сомневаюсь.

Барбер начал постепенно раздражаться.

— Вы могли бы описать мне трех последних клиентов, которых обслуживали вчера вечером?

— Разумеется. В конце смены я обслужил одну женщину… хм… нет, двух женщин, и самым последним — мужчину. Кажется, так. Впрочем, не помню. Или мужчину, или женщину.

— Что ж, это, несомненно, сужает сферу поисков, — сухо произнес детектив.

Алисия ждала продолжения, но Барбера отвлекло сообщение, пришедшее ему на пейджер. Тогда она снова вступила в разговор.

— Ваши клиенты получают квитанцию или расписываются где-нибудь?

— Нет. Просто платят за час и сразу проходят к компьютерам.

— Может, женщина, арендовавшая у вас ячейку номер три, расплатилась кредитной карточкой?

— Мы не требуем оплаты кредитными карточками, если стоимость услуг не превышает двадцати долларов. Я совершенно уверен, что вчера за весь вечер со мной только раз расплатились карточкой.

Поскольку Барбер все еще читал сообщение, Алисия задала новый вопрос:

— У вас есть в зале камеры слежения?

— Нет у нас никаких камер. Мы уважаем стремление клиентов оградить себя от посторонних взглядов. — Перевод: «Вам бы понравилось, если бы кто-нибудь подглядывал за вами, когда вы просматриваете порносайты?»

Барбер закончил читать сообщение на пейджере и раздраженно забарабанил пальцами по стеклянной поверхности прилавка.

— Желаете спросить что-нибудь еще, детектив?

Алисия смутилась. Хотя у нее и в мыслях не было оттеснить Барбера в расследовании на задний план, последний явно настроился против нее. Как-никак он считался одним из опытнейших детективов убойного отдела, имел в разработке несколько случаев насильственной смерти, требовавших его неусыпного внимания, и взялся за дело о домогательстве только потому, что Алисия была дочерью мэра. Впрочем, ей эта ситуация нравилась ничуть не больше, чем ему. С другой стороны, должна же она что-то делать, если он не проявляет к этому расследованию особого интереса? Хотя она со своими расспросами и впрямь слегка перегнула палку.

— Прошу вас, детектив, продолжайте. Извините, если что не так.

— Можете описать нам внешность этой пожилой женщины, приятель? Арендовавшей у вас ячейку номер три? — вновь включился в работу Барбер.

Клерк поморщился, словно необходимость вспоминать о событиях, произошедших четырнадцать часов назад, вызывала у него физическую боль.

— Я не очень хорошо ее запомнил. Кажется, испанского типа… вроде небольшого роста. Одна из многих клиентов. Если бы вы только знали, сколько их тут у нас за день проходит…

Барбер задал еще несколько вопросов по делу, не представлявших, впрочем, большого интереса, и в заключение передал клерку свою визитную карточку со стандартной просьбой позвонить, если тот что-нибудь вспомнит.

— Надеюсь, я вам помог, — сказал клерк.

— Несомненно, благодарю вас, — заверила Алисия.

Потом Барбер осведомился об успехах у криминалистов, исследовавших ячейку номер три. Как выяснилось, работы им оставалось еще как минимум на час. Не желая мешать, Барбер жестом предложил Алисии следовать за ним и вышел из компьютерного зала.

— Думаете, парень кого-нибудь прикрывает? — спросила Алисия, когда они оказались на улице.

— Нет, — покачал головой Барбер.