Джек невольно провел рукой по лицу.

— У меня с носом что-нибудь не так?

— Ничего такого…

— Слава Богу.

— …чего хороший хирург не смог бы исправить.

— Ага, полицейский юмор. Вот чего нам, адвокатам по уголовным делам, особенно не хватает.

Неожиданно Алисия остановилась и указала на что-то пальцем.

— Это он?

Впереди, около моста, прямо на земле спал человек. Его зимняя куртка была настолько грязной, что почти сравнялась по цвету с почвой. Если бы утреннее солнце не отражалось в металлических деталях головного убора, они, возможно, и не заметили бы его.

— Да, похоже, это и есть Бушмен, — подтвердил Джек.

Они осторожно приблизились к нему. Всякий на их месте проявил бы осторожность, приближаясь к спящему на берегу реки бродяге — да еще к тому же имевшему обыкновение заворачивать косички в алюминиевую фольгу. Он спал на правом боку, свернувшись клубочком. Рядом с ним стояла на земле старая закопченная жестяная кружка. Бродячая кошка что-то слизывала с его руки, но Бушмен определенно не замечал этого. Трудно было понять, жив ли он и дышит ли.

— Бушмен? — позвал спящего Джек. Тот не шевельнулся, и Джек повысил голос: — Эй, Бушмен!

Бушмен заворочался, заворчал и медленно приподнялся на локте.

— Чего надо, приятель?

— Помните меня? Я Джек Свайтек, адвокат вашего друга Фэлкона.

Бушмен присел, не обращая внимания на гостей. Вместо того чтобы заговорить с ними, он некоторое время сосредоточенно чмокал, исследуя языком полость рта, словно размышляя, можно ли жить дальше в таком ужасном состоянии.

— Фэлкону требуется ваша помощь, — обратилась к нему Алисия.

Бушмен перестал чмокать.

— Кто вы?

— Она со мной, — пояснил Джек. До поры до времени ему не хотелось говорить, что он привел с собой копа. — Фэлкон просил вернуть ему ожерелье.

— Вы разговаривали с ним? — спросил Бушмен.

— Он попал в большую беду и сказал, что ему очень нужно его ожерелье, — уклончиво ответил Джек.

На лице у Бушмена проступило озабоченное выражение.

— Должно быть, она вернулась.

— Кто вернулся?

— Та женщина, о которой я вам говорил. Я-то думал, что это очередная бомжиха из Майами. Но Фэлкон объяснил мне, что к чему. Она не из наших, другая. Одна из тех.

— Одна из тех?

— Да, парень. Они продолжают возвращаться, не знаете, что ли? С ними нельзя обходиться по-доброму. И верить им на слово тоже нельзя. Они никогда не перестанут.

— Это в каком же смысле? Чего не перестанут?

— Не перестанут искать дом.

— Какой такой дом?

Бушмен бросил взгляд через плечо, словно опасаясь, что его могут подслушать, а затем шепотом произнес:

— La casa de la bruja.

— Ведьмин дом? — переспросила Алисия.

Джек тоже успел перевести эту фразу, но Алисия озвучила ее быстрее.

— Не так громко, леди. Не то они нас услышат, — поморщился Бушмен.

— А кто, собственно, живет в ведьмином доме? — поинтересовался Джек.

— Там никто не живет. Просто все они стремятся туда попасть.

— Кто и куда стремится попасть?

— Вы знаете кто. Те, о ком мы говорили в прошлый раз. Исчезнувшие.

Время поджимало, и Джек было подумал, что Бушмен, вновь заведя этот бессмысленный разговор, понапрасну его расходует.