— Уже недолго, любимая, — он словно уловил мысли Хельвен. — Как только получу ответ Фульке, мы сразу отправимся домой.

— Значит, завтра на рассвете. — Хельвен сморщила нос, но не только донесшийся запах горячего дегтя был тому причиной — они как раз проходили мимо людей, конопативших швы перевернутой кверху дном галеры.

— Слишком поздно трогаться в дорогу сегодня, с сожалением подтвердил свое решение Адам. — Я не попаду к Фульке до вечерней службы, и только по окончании вечерней молитвы, не раньше, смогу уйти. Скорее, это даже произойдет с началом ночной службы, то есть в полной темноте… Ты не голодна?

Рука об руку они ушли от густого аромата причалов и складов, выбрали удобное местечко и уселись подкрепиться. Острые и удивительно вкусные горячие пироги с бараниной были куплены у одного из вездесущих уличных торговцев, а запивали еду местным вином из бурдюка. Адам купил несколько бочонков этого вина, чтобы отвезти домой. Покупать вино в месте его изготовления крайне выгодно, а качество напитка оказалось выше всяких похвал.

Солнце за облаками казалось теплым белым обручем. Теплый ветерок доносил запахи рынка. Весна в Анжу пришла раньше, чем в Англию. Деревья здесь вот-вот покроются листвой, а в родном приграничье ветер все еще вздымал в воздух снежную поземку. Хельвен даже представила, как она высунет язык и ощутит холодные снежные капельки, влекомые ветром.

Покончив с трапезой, супруги продолжили путь среди толпы. Какая-то женщина с гнилыми пеньками вместо зубов пыталась продать Хельвен клетку с птицей. Хельвен решительно отказалась от такого предложения, содрогнувшись от отвращения. Ей всегда было невыносимо видеть живое существо, посаженное в клетку. Однако она не устояла против настойчивости Адама, и они купили у лотка галантерейщика несколько новых заколок для волос и пару прекрасно изготовленных серебряных ленточек для кос. Потом у арабского купца к покупкам добавили флакон с редкостным цветочным маслом.

Адам критически осмотрел выставленных на продажу коней. Взгляд привлекла молодая черная фламандская кобыла. Плотно сбитая и сильная, без лишней мышечной массы и с гордой уверенной осанкой. Зимняя шерсть клочьями слезала со шкуры, отчего кобыла выглядела пятнистой. Но это не портило общего впечатления, хотя, по-видимому, сказывалось на внешнем восприятии и сдерживало возможных покупателей. Адам провел здоровой рукой по ногам лошади и убедился, что те здоровые и хорошей формы.

— Адам, — Хельвен коснулась его плеча.

Услышав предупреждающий возглас, он обернулся и увидел группу людей, прокладывающих себе путь по рыночной площади — Уильям ле Клито с впечатляющим эскортом из рыцарей в парадных костюмах. На этот раз с ними не было женщин, а группу сопровождали несколько идущих вереницей вьючных пони. Процессия направлялась к городским воротам.

— Ну-ну, — скептически усмехнулся Адам. — Замечательное зрелище, а Варэн охраняет группу сзади. Эх, жаль, я так и не освоил метание ножа левой рукой.

Пегий конь прихрамывал из-за растяжения в бедре, полученного накануне. Варэн ехал уверенно, спину держал ровно. Квадратная нижняя челюсть решительно выдавалась вперед. Украшенная кольцом левая рука, крепко стиснутая в кулак, внушительно покоилась на бедре, грозным видом дополняя образ бойца, готового к активным действиям.

— Попугай, — пробормотал Адам, тщательно рассмотрев процессию, и решительно повернулся к ней спиной, продолжая изучать черную кобылу.

— Хоть сегодня буду спокойнее спать, — с облегчением заметила Хельвен и посмотрела на мужа.

Группа ле Клито продолжала двигаться вперед. Варэн всего один раз бегло глянул в сторону Хельвен и Адама с безразличным выражением лица.