— Гм-м, — несогласно хмыкнул Джоффри, — а каковы ваши бароны?

— Они будут надеяться, что у вас появится сын, и чем раньше, тем лучше. Но только те, кто не предпочтет увидеть, как ты упадешь с седла прямо под ее копыта во время соответствующей попытки.

Под маской равнодушия Джоффри угадывалась волна плохо скрываемого веселья.

— Значит, ребенок должен вырасти во взрослого еще до того, как Генрих умрет, чтобы не полагаться на изменчивые настроения ваших баронов?

— Вы припечатали подкову точно на копыто, милорд.

— Копыто той самой кобылы, — дополнил Джоффри, озорно подмигивая и отодвигая тонкую гобеленовую занавеску на проходе, ведущем к покоям его родителя. — Полагаю, ты уже слышал, что ле Клито уехал добиваться новых благ? — Он взял огарок свечи из подставки на помосте и зажег от свечи, горевшей на кронштейне, вделанном в стену.

— Да, милорд.

Джоффри задумчиво смотрел на Адама, вся дурашливость исчезла.

— Уильяму ле Клито теперь долго будет не до того, чтобы интересоваться Англией. Фландрия — это кипящий котел неприятностей. Для того чтобы благополучно его остудить, потребуется незаурядное мастерство, присущее опытной кухарке, которым ле Клито не обладает. — Юноша вернул свечу на ее место на кронштейне. — Заметь, вашему королю такое возвышение ле Клито явно придется не по вкусу. У него есть собственные претензии на это место по линии матери, а ле Клито идет на поколение дальше от этой ветви.

— Фландрия зависит от английской шерсти, — пробормотал Адам, — следовательно, зависит и от расположения к ней короля Генриха. — Он отбросил назад волосы. — Я рад, что мое имя — не Уильям ле Клито.

— Мы все просто пешки, — Джоффри пожал плечами и взял с помоста запечатанный конверт, в задумчивости повертел его в руках и протянул его Адаму. — Вот, можешь забрать. Это ответ моего отца твоему королю.

Адам опустил руку, которой поправлял волосы, и взял пакет.

— Граф не захотел сам передать мне письмо? — недоверчиво поинтересовался он.

Джоффри криво улыбнулся в ответ.

— Наверно, более эффектно, когда ответ дает сама пешка, приносимая в жертву, не так ли?

Адам молча поморщился.

Джоффри принужденно засмеялся.

— Не волнуйся, это не заговор. Мой отец должен подойти с минуты на минуту. Он занят на приеме посланника из Святого королевства Иерусалимского. Кроме того, у него два гонца из Папской области. Тоже надо улаживать чью-то дальнейшую судьбу. — Молодой человек вальяжно вытянулся в кресле и опустил глаза на несколько потертые носки своих роскошных позолоченных сапожек. — Угощайся вином и расскажи что-нибудь еще про мою будущую восхитительную невесту.

Глава 22

— Я не буду укладывать верхнее платье с меховой опушкой, хорошо, миледи? — Элсвит протянула платье хозяйке, ожидая ее решения. — Не хватало только завтра простудиться в дороге, особенно теперь, когда полили такие дожди.

Хельвен посмотрела на платье из синей шерсти, сотканной в Брюгге. Расширенные рукава были оторочены мехом куницы, затем взглянула в окно, прислушиваясь к звукам дождя, барабанившего по ставням. Уже давно зажжены свечи, мокрые синие сумерки сменялись вечерней тьмой.

— Нет, Элсвит, уложи его с остальной одеждой, — решила она. — Когда я надевала его в последний раз, тоже шел дождь. Это платье тогда так намокло, что я едва в нем не утонула.