— Конечно, помню, — отвечаю я, — но люди меняются. И Роланд как раз такой. Он обижал меня именно потому, что я была ему небезразлична.

— Разве можно издеваться над теми, к кому ты небезразличен? Да какая это любовь? Как так: человек, который питает к тебе нежные чувства, вытирает о тебя ноги? — говорит Сюзанна. — Не понимаю. Каро, ты, наверно, шутишь. А что за история с телевидением? Я сейчас позвоню Геро, надеюсь, он-то еще не сошел с ума. Не могу поверить, что все это, правда. Стоило уехать на несколько месяцев, а тут у вас такое! А работа на радио «Лайт»? Ты оттуда уволилась? Ты что, не знаешь, как живется людям свободных профессий? Сейчас столько шоу-однодневок. Хотя о чем это я, ты ведь и эту работу бросила! Может, скажешь мне, НА ЧТО ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ ЖИТЬ???

О, о, о! Я хватаюсь за голову. Сюзанна права. Я оказалась на улице и осознала это только сейчас. Господи!

— Я осталась без работы! — говорю я скорее сама себе.

— Ну, наконец-то до тебя дошло! — В голосе Сюзанны слышится укор.

Я впадаю в панику. Надо срочно позвонить Роланду, он ведь еще не знает, что со мной произошло. Может быть, отложить переезд в Гамбург и поработать где-нибудь полгода на радио «Лайт» или вернуться к Сильвестру. Мне очень страшно. Вечно я принимаю необдуманные решения! С другой стороны, денег у меня на счете достаточно. Ведь на гонорар грех жаловаться. Довольно глупо бросать такое денежное место. Но контракт-то еще не расторгнут. Сильвестр, наверное, ждет, что я приползу к нему на коленях. Не хотелось бы перед ним унижаться, но разве лучше переехать в Гамбург и сказать Роланду: «Позаботься обо мне, дорогой! Где твоя кредитная карточка? Я хочу всегда иметь ее при себе».

Я заканчиваю разговор с Сюзанной и пытаюсь хорошенько обо всем подумать. Но вместо этого просто тупо смотрю перед собой.

Снова звонит мобильный. На дисплее высвечивается «Строуберри». Подойти к телефону я не решаюсь.

Тут я еще вспоминаю, что ко всему прочему у Мариуса через две недели свадьба и что я тоже среди гостей. Идти или не идти? Если да, то что надеть? Свадебное платье? А что наденет Уши? Скорее всего, льняной костюм, который можно носить и после свадьбы. Из немнущегося материала, который всегда в моде. Чего нельзя сказать обо мне, да и о льне тоже.

Надо сначала узнать, примут ли меня обратно на радио «Лайт». Я звоню Йо.

Он рад меня слышать, и спрашивает, как мне живется в большом суматошном городе.

— Честно говоря, не так чтобы здорово, — говорю я тихо. — Я больше не веду ток-шоу, то есть я всерьез подумываю об уходе.

— Вот оно что… — говорит Йо.

— А как там Верена?

Йо как-то сразу оживился:

— У нее все замечательно. Юность берет свое. Верена творчески подходит к работе, и теперь мы даже пускаем ее в эфир. Она предложила проект новой программы, гениальная идея, мы были поражены, даже Томас. Кстати, Томас и Верена стали встречаться.

— О, это прекрасно!

— Сегодня у нас с ней был разговор, представляешь, как все совпало. Дело в том, что Верена интересовалась, нельзя ли оформить ее на постоянную работу. Сказать по правде, я только за. Не принимай, пожалуйста, на свой счет, Каро, но тебе скоро тридцать шесть, а ведь у нас молодежная аудитория. С возрастом голос тоже теряет задор. И мы все подумали, ты ведь неплохо устроилась в «Строуберри».

— Да, конечно, — говорю я.

— Здорово! — Йо в восторге. — Я очень рад, что ты на нас не в обиде. Верена — это же твоя удачная находка. Еще раз спасибо за чудесную сотрудницу.