— Это она заставила меня. Она привела меня сюда. О, мой Бог! Я вытащил кол?

— Не знаю.

— Боже!

Отец убрал свою руку с ее лица. Она почувствовала, что он наклонился вперед.

— Что ты делаешь?

Лейн почувствовала, как он содрогнулся.

— Папа?

— Он еще здесь. Слава Богу!

— Идем. Давай отсюда выбираться.

— Как я мог подняться сюда? — удивился он.

— Все хорошо, папа. Теперь давай попытаемся спуститься вниз, не сломав себе шею. — Лейн отпустила его и повернулась. Отец придерживал ее за спину.

— Осторожней, дорогая.

— Ты тоже.

Люк представлял собой серый прямоугольник. Отец убрал руку. Когда Лейн села на край и свесила ноги вниз, она услышала, как он зашевелился, поднимаясь с гроба. — Почему бы тебе не подождать здесь, пока я спущусь вниз и зажгу свет в гараже?

— Не шути так, — сказал он.

Теперь это было почти похоже на папу.

Лейн потихоньку двинулась вперед. Она опускала ноги вниз, пока ее пятки не нащупали перекладину лестницы.

— Как ты там? — спросил отец.

— В порядке. — Ухватившись за боковые стойки лестницы, Лейн рывком поднялась с чердачного пола. Она медленно стала спускаться спиной к лестнице, перекладины цеплялись за ее халат, задрав его до самого пояса, туго завязанного вокруг талии.

Она надеялась, что отец не может видеть ее.

Ей вдруг представилось, что это она лежит обнаженной в том гробу наверху, а отец сидит над ней со своим фонарем.

«Интересно, кто это?»

Лейн нащупала ногами деревянный помост. Она оторвала руки от лестницы, выпрямилась и, прежде, чем повернуться, запахнула потуже халат.

Отец спускался лицом к лестнице. Оказавшись на помосте, он сложил лестницу, достал свисавшую веревку и захлопнул дверь люка.

Лейн подошла к нему и обняла его за спину. Он прижал ее к себе.

И так, обнявшись, они пошли к дому.

— Видимо, нам надо объясниться, — сказал он.

— Что эта штука делает в нашем гараже?

— Это длинная история. Почему бы тебе не сварить кофе? А я схожу разбужу маму.

— Ты собираешься все рассказать маме?

— Да. Я думаю, так будет лучше.

— Если ты боишься, что я донесу…

— Нет, не в этом дело. Я собираюсь рассказать ей все, что происходит.

Он вышел из кухни. Лейн выбросила использованный фильтр и вставила новый в пластиковую корзинку, добавила кофейных зерен и вставила корзинку на место. Налила воды и включила кофеварку. Загорелся красный свет. Лейн сидела, уставившись на него.

«Распалась связь времен».

Мягко сказано для этого жуткого нынешнего года.

Глава 40

Ларри присел на край кровати и осторожно потряс Джину за плечо. Вздохнув, она перевернулась на бок и открыла глаза.

— Ну? Что…

— Тебе придется встать, — сказал Ларри.

Джина испугалась, и весь сон с нее как рукой сняло.

— Что случилось?

— Пожара нет, никто не ранен. Нам просто надо поговорить.

— О, Господи! Что такое? Скажи мне.

— Лейн ждет нас на кухне.

— С ней все в порядке?

— У нее все хорошо. Это из — за меня. Через несколько минут я все объясню.

Джина села. У нее был встревоженный вид. В глазах были боль и страх. Она прикусила нижнюю губу.

— Все не так уж страшно, — постарался успокоить ее Ларри.

— Ты бросаешь нас?

— Нет, что ты! О, Господи, нет! — Лямочка ночной рубашки Джины соскользнула, обнажив плечо и грудь.