В своем кабинете Ларри плотно закрыл дверь. Он поставил свое пиво на подставку рядом с компьютером. Откинулся на спинку стула, пристроив низ книги у себя на животе. Голубая обложка была декорирована золотыми буквами, которые гласили: «Бафордские памятные записки, 1968».

«То, что надо, — подумал он. — Бог мой, как раз то, что надо».

Сердце колотилось. В желудке ощущалась противная дрожь.

Ларри открыл книгу. Поверхностный просмотр обнаружил глянцевые страницы с черно — белыми фотографиями. В конце был список учащихся. На последней странице списка значились учащиеся, чьи фамилии начинались на букву С. Ларри скользил глазами сверху вниз:

Сакай Джоан Самилсон Памела Сандерс Тимоти Сатмари Маурин Сейфер Рональд Бонни Саксон не было.

«Продолжим, — подумал Ларри. — Она должна быть здесь».

Он отчаянно листал страницы к началу списка. И обнаружил подзаголовок «Первый курс».

— Слава Богу, — пробормотал он. В 1968 году Бонни была старшеклассницей, а вовсе не первокурсницей.

Ларри перелистнул списки младших курсов. Как раз над заголовком «Юниоры» значилось имя Циммерман Ронда. Конец списка выпускного класса. Ларри поднял глаза к левому верхнему углу. Симпсон Кеннет. Симпсон. С!

Ларри закусил нижнюю губу. Он перевернул страницу и начал снизу: Симмонс Ден Сейджел Сьюзан Сефридж Джон Скляр Тони Саксон Бонни. Всего лишь одно из имен в списке. Оно не было напечатано красным цветом, не было набрано заглавными буквами или курсивом. Но Ларри показалось, что оно вырвалось со страницы и разорвалось где-то у него в голове.

Справа от фамилии были указаны номера страниц. Их было шесть.

Шесть страниц с фотографиями Бонни Саксон!

Боже милостивый!

Ларри просмотрел страницу. У большинства фамилий стоял номер только одной страницы, у некоторых две или три. Мало у кого было больше трех страниц.

У Бонни было шесть.

«Вероятно, она была очень занятной, — подумал Ларри. — И популярной.

Популярные девочки почти всегда симпатичные».

Первый номер страницы подле ее фамилии был 34. Ларри заложил спичечный коробок в список, чтобы отметить место, вернулся к началу ежегодника и начал листать страницы, пока не нашел тридцать четвертую.

Первое имя в левом верхнем углу было Бонни Саксон.

Ларри уставился на фотографию.

И застонал.

Она была восхитительна. Сияющая, очаровательная. Ее блестящие белокурые волосы мягкой волной изгибались над бровью и спускались к плечам. Глаза, казалось, были направлены на что-то чудесное, расположенное рядом с фотокамерой. Они были веселыми и живыми. У нее был маленький милый носик. Линия щек плавно изгибалась над уголками ее рта, словно их приподнимала и придавала им форму ее улыбка.

Такова была Бонни.

Она очень напоминала Лейн.

И меньше всего была похожа на труп на чердаке гаража Ларри. Но ее волосы, зубы и овал лица подтверждали, что он не ошибся: тело принадлежало Бонни Саксон. В этом не было никаких сомнений.

Страшный труп когда-то был девушкой с этой фотографии — прекрасной, сияющей красотой юности.

Ларри смотрел на фотографию.

Бонни.

Он чувствовал себя очень странно: взволнованный своей находкой, очарованный ее красотой, подавленный. Когда делалась эта фотография, она, наверное, думала, что впереди ее ждет целая, прекрасная жизнь. Но ей оставалось всего несколько месяцев, а затем кто-то прервал ее, воткнув кол ей в грудь.

Она не была вампиром.

Она была прелестным, невинным ребенком.

И, вероятно, была разбивательницей сердец. Наверняка, все мальчишки в школе мечтали о ней.

Может, ее убил один из них? Какой — нибудь ревнивый приятель? Она разбила его сердце, поэтому он воткнул ей в грудь кол? «Вполне вероятно», — подумал Ларри.