— Можно, — сказал дед Егор. — Наверное, даже нужно.

— От можно до нужно — один шаг, — сказал дед Семен.

— А от любви до ненависти — один раз, — пошутил дед Егор.

Старики закурили, дед Семен достал из кармана семечек и насыпал деду Егору и себе по полной ладони. На улице стоял конец августа, было тепло, а торопиться им было некуда.

— Слышал, — ткнул рукой вверх дед Семен. — Картавого вывезти хотят, освободить местечко.

— Как, вывезти? — удивился дед Егор. — Куды его вывезешь-то?

— Все, належался, — сказал дед Семен. — Пора в землицу. Восемьдесят лет смердил, много уже…

— И что теперь? Теперь что будет? — испуганно сказал дед Егор.

— Да ничего не будет, — уверенно сказал дед Семен. — Выковыряют вождя народов и дело с концом.

— Может, это, — подмигнул дед Егор. — В очередь встать?

— В какую очередь? — не понял дед Семен.

— Ну, — хитро прищурился дед Егор, — место освобождается, а, как говорится, свято место пусто не бывает.

— А-аа-а! — понял дед Семен, — придумал ты, пень старый. Там знаешь, сколько претендентов. Начиная Лужковым и заканчивая этим, Медведевым. Длинная очередь. Местечко-то лакомое…

— Ну да, да… — согласился дед Егор. — Нынче и помереть — дело затратное. Ты-то сам, как?

— А? — не понял дед Семен.

— Ну, сам-то ты как с этим? — щелкнул семечкой дед Егор.

— С чем, с этим? — повернул голову дед Семен.

— С чем, с чем, — раздраженно сказал дед Егор, — сам будто не знаешь.

— А… — закивал головой дед Семен. — Коплю понемногу, с пенсии откладываю, да сын иногда присылает.

— А мне вот никто не присылает, — сказал дед Егор. — И пенсия — с гулькин хер!

— Не хандри, старый хрыч, — улыбнулся дед Семен. — Помереть всегда успеешь. А кто обещал по пятьдесят?

Дед Егор сплюнул в руку несколько кожурок от семечек, достал платок и вытер рот.

— По пятьдесят — дело святое, — сказал он. — Обещал — так обещал. Да и эти салабоны опять подговнили, совсем играть разучились.

— А я тебе сейчас случай расскажу, — оживился вдруг дед Семен. — Вот хлопнем и расскажу.

— Какой случай? — спросил дед Егор. — Слыхал я все твои случаи уже раз тридцать.

— Не, — мотнул головой дед Семен. — Не то, Егорыч, такого ты еще не слухал. Новый случай.

— Ну, тогда пойдем по пятьдесят, — согласился дед Егор. — Раз новый случай. Торопиться-то все равно некуда, разве что в могилу.

— Успеешь в могилу, ага, — легонько хлопнул его по спине дед Семен, — в могиле-то по пятьдесят, небось, не наливают.

— А кто — ж знает? — хитро прищурился дед Егор.

Старики обогнули памятник Ленину и неспешно зашагали в небольшую кафешку, затянутую красным тентом с рекламой Coca-Cola. Вблизи заведения толпилась молодежь, недовольная результатом матча. Несколько крепких парней в белых кроссовках и кепках с загнутыми козырьками пили пиво, размахивали руками и что-то громко кричали. Кавказцы с широкими щетинистыми лицами и крупными руками, поросшими черным волосом, аппетитно поджаривали шашлык.