– Ты вернулся! – Она потянула его в комнату.

Эмрис задержался, чтобы закрыть дверь и опустить тяжелый засов.

– Наконец-то! – Он обнял Элизабет, зарываясь лицом в шелковые волосы и вдыхая их аромат. – Больше не хочу расставаться с тобой ни на день, ни на час! Отныне и навсегда ты будешь со мной.

– С удовольствием, – улыбнулась она.

Он взял ее нежное лицо в ладони, и она утонула в васильковой глубине его глаз.

– Милая, куда бы я ни шел, в какую бы сторону ни поворачивался, я везде видел твое прекрасное лицо!

– А я без конца рассматривала всех всадников, подъезжаюших к Бенмору. Похоже, теперь я выучила каждый изгиб дороги на этих холмах. – Она приподнялась на цыпочки и крепко поцеловала его в губы. Элизабет с любовью всматривалась в родные черты, чувствуя, как внутри начинает подниматься горячая волна. – Это были самые долгие дни в моей жизни, Эмрис!

– А ночи? – спросил он, улыбаясь и поднимая ее на руки.

Осторожно ступая с драгоценной ношей на руках, он направился в сторону кровати.

– Они тоже были долгими?

Она кивнула с улыбкой. Предвкушение того, что сейчас должно произойти, наполнило все тело пьянящей радостью.

– Когда ты приехал? – спросила она.

– Только что, – ответил Эмрис, бережно опуская ее на мягкое покрывало и устраиваясь рядом. Он прошептал: – Милая, я безумно скучал по тебе!

– Я тоже, – ответила она, ласково отодвигая непокорную светлую прядь с его лица. – И с каждым днем становилось все тяжелее ждать.

– Надеюсь, моя семья была внимательна к тебе? – забеспокоился Эмрис.

Он больше не мог терпеть, видя перед собой манящие пухлые губы. И его возбуждала одна только мысль о полной груди, скрытой под одеждой. Эмрис страстно поцеловал ее. Она тут же откликнулась, и его язык погрузился в сладкую бездну. Рука Эмриса отыскала путь к ее груди, а колено мягко раздвинуло ноги. Он почувствовал, что ему трудно сдерживаться.

Эмрис немного отстранился, глядя на нее. Ему, как всегда, хотелось сделать все медленно, доставляя ей удовольствие. Сдержав себя, он принялся неторопливо раздевать ее.

– А твоя семья… – прошептала Элизабет. Рука Эмриса нежно поглаживала гладкую, как атлас, кожу. – Они были ангелами…

Элизабет любовалась его лицом. Эмрис красив как бог! Хочется целовать его, не переставая!

– Продолжай, – прошептал он. – Расскажи мне все.

У нее перехватило дыхание, когда он, зарывшись лицом в ее волосы, захватил ртом мочку уха и стал нежно теребить ее, покусывая зубами. Его горячее дыхание вызвало в ней волну возбуждения. Элизабет прильнула к нему, забралась рукой под его килт.

– О, они были просто чудесными, – шептала она, – замечательными…

– Ты сводишь меня с ума! – пробормотал он голосом, хриплым от возбуждения. – Я хочу тебя!

Тут в коридоре послышались чьи-то шаги. Элизабет вдруг испугалась. Отстранившись, она попыталась приподняться.

– Эмрис, мы не можем сейчас! Ведь все твои родные сбегутся сейчас повидаться с тобой.

Он уложил ее обратно.

– Нет, моя милая, – успокоил он Элизабет, принимаясь снова ласкать ее. – Отец на охоте, а мать с поварами обсуждает меню свадебного обеда. – Эмрис приподнял лицо и лукаво усмехнулся: – Меня никто не видел, кроме Фионы.

– Но она же тебя видела? – все еще сопротивлялась она.