— Ничего, — ответил он, пожав плечами. — Да и вообще, Латтимеру уже тридцать четыре года, а девочка только что из-за парты. Думаю, он просто проявляет отеческую заботу. Ну, так ты навестишь ее?

 — Я уже горю желанием сделать это!

 Через два дня леди Кэррингтон в высоком фаэтоне подъехала к дому на Маунт-стрит.

 Как только коренастый мужчина с золотыми серьгами в кожаных штанах и сюртуке открыл ей дверь, стало ясно, что она попала в необычный дом.

 — Дома, ли мисс Грэшем? — Она сняла перчатки, оглядывая холл. Пахло свежей краской.

 — Ага, думаю, так, — ответил необычный дворецкий. — Последний раз я видел ее на кухне, где она донимала Альфонса. Учтите, я не знаю, зачем нам вообще повар, особенно такой, с каким-то чудным французским именем, хотя ясно, что он такой же француз, как и я. Что хорошо в Ланкашире, то сгодится и здеся, вот чего я скажу.

 Джудит слегка растерялась, не зная, как реагировать на это откровение, и тут дверь в противоположной части холла распахнулась, через нее вкатился пушистый коричневый комок, а за ним вбежал огромный пес.

 — Данте! Иди сюда! — Миниатюрная фигурка появилась в холле вслед за ним, размахивая большой деревянной ложкой. — Ты самый невоспитанный и непослушный пес. Оставь Демосфена в покое.

 Джудит отпрыгнула в сторону, когда коричневый пушистый шар на удивление проворно пронесся мимо нее, его продолжал преследовать лаявший пес.

 — Мисс Грэшем? — спросила она.

 — Да, — ответила Хлоя рассеянно. — Простите, но я должна поймать Демосфена. Если Хьюго обнаружит его непривязанным, будут жуткие неприятности.

 — Демосфен? — переспросила Джудит растерянно. Она редко терялась.

 — Можно, конечно, называть его Бруином, но ведь это так скучно, правда? — спросила Хлоя, поворачиваясь в сторону медвежонка. — Самюэль, ты можешь поймать Данте?

 Самюэль что-то проворчал и ловко схватил Данте за ошейник. Пес сел, тяжело дыша. Медвежонок скрылся в тени под складным столиком и сидел там, поблескивая глазами.

 Джудит села на стул и рассмеялась:

 — Маркус сказал, что вы очень занятная, но, думаю, он даже не представляет, насколько вы забавны.

 — Маркус? — Хлоя, стоявшая на коленях у маленького столика, оглянулась через плечо.

 — Мой муж, лорд Кэррингтон. Вы с ним познакомились на днях.

 — О да, он был так любезен, что одолжил мне свой хлыст. — Хлоя встала на четвереньки, заглядывая под стол. — Ну, вылезай же, глупое животное. Я только хочу перевязать рану.

 В этот момент через открытую входную дверь в холл вошел Хьюго. Данте бурно приветствовал его, и Хьюго не сразу заметил гостью, сидевшую на стуле у стены. Его внимание немедленно привлекла Хлоя, по-прежнему стоявшая в смешной позе у столика.

 — Чем это ты занимаешься? — Он легонько хлопнул рукояткой хлыста по прелестной попке.

 — Ой! — Хлоя поспешно встала. — Я надеялась, что успею поймать Демосфена до твоего возвращения. Данте прыгнул на него, когда я готовила примочку для раны, и началось черт знает что!

 — Что началось?

 — Ну, ты сам можешь догадаться. О, это леди Кэррингтон. Она приехала с визитом.

 — Кажется, я выбрала не совсем удобный момент, сэр Хьюго, — сказала Джудит.

 — Леди Кэррингтон. — Он, как и подобает, склонился над ее рукой, но глаза его сверкнули при виде смешинок в золотисто-карих очах гостьи.