Желание обладать спящей рядом женщиной беспокоило и Егора. Он то и дело просыпался и облегченно вздыхал, обнаружив, что Наташа никуда не исчезла. Руки вновь принимались блуждать по ее телу, женщина в полусне шептала его имя и покорно раскрывалась ему навстречу.

Под утро Егор окончательно понял, что попал в такую трясину, из которой ему уже не выбраться! Их отношения выходили за рамки обычных отношений и чувств. Ему было страшно признаться самому себе в том, что не представляет дальнейшей жизни без нее. Но будущее было слишком неясным, неопределенным. Наталья, по всему видно, привыкла к комфорту, красивым вещам и легкой жизни. Иначе не объяснить, почему, прожив тридцать с лишним лет, она не захотела вторично выйти замуж? Именно не захотела. Потому что такие красивые женщины редко остаются без мужского внимания. И что она нашла в нем, неприкаянном вояке, который умеет только палить из автомата да сворачивать челюсти? Не нажил он великих богатств, чтобы содержать семью. Ведь Наташа еще молода и захочет, вероятно, родить ребенка… Лишь от одной женщины в мире хотел он когда-то иметь детей. Но она ушла, предала его…

Егор отодвинулся от Наташи и осторожно, чтобы не разбудить ее, сел на краю постели. Только сейчас он вспомнил, что они напрочь обо всем позабыли, безрассудно и безответственно поддавшись захватившей их страсти. Но, странно, он совсем не испытывал раскаяния…

Глава 15

За завтраком Егор был молчалив и сердит. А затем пошло-поехало!

Прежде всего основательно досталось Орлу и Боцману, носившимся по цветнику. Потом он позаимствовал у соседа бензопилу и, недовольно ворча, распилил на чурки наделавшее бед дерево. Затем собрал разбросанные по всему двору и саду сломанные ветром ветки. Много дел было и в огороде. Ветром были повалены помидоры, землю усыпали яблоки и груши. В общем, работы хватило бы на целый день, если не на два.

Поначалу настроение Егора Наташа отнесла на счет бури, принесшей столько неприятностей. Однако вскоре поняла, что дело в ней, — он избегал, даже боялся встречаться с ней взглядом, словно нашкодивший Боцман, слизнувший сливки с молока.

Когда Егор в третий раз раздраженно отпихнул ногой кота, Наташа не выдержала:

— А ну-ка, милостивый государь, соизвольте поднять глаза и объяснить, что произошло. Если вас волнует то, что случилось ночью, то не беспокойтесь. Умолять взять меня замуж я не собираюсь! И в вашу постель больше не лягу! Если вы не желаете терпеть мое присутствие в доме, то, будьте добры, отвезите меня в Краснодар. Оставшиеся до поезда дни я с большим удовольствием проведу в гостинице.

— У тебя все? — Егор отставил в сторону кружку с молоком. Он зашел на летнюю кухню, чтобы выпить чего-нибудь холодного, и Наташа воспользовалась моментом. Егор отодвинулся от стола и позволил наконец Боцману вскочить себе на колени. Окинув ее хмурым взглядом, он достал из кармана пачку сигарет и с досадой бросил на стол. — Значит, никаких разочарований, огорчений и обид?

— Конечно, — беспечно улыбнулась Наташа, — о чем разговор?

— А если ты уже забеременела? — вдруг тихо спросил он. — Мы же с тобой не предохранялись!

— И тут нет проблем! Всех делов-то на несколько минут, если вовремя успеть!

— И это говорит женщина, которой давно пора иметь детей, а не порхать, как стрекоза с цветка на цветок! Ты собираешься убить малыша, которого еще можешь родить?

— Но не от первого же встречного мужика? — рассмеялась Наташа и вдруг в испуге замерла, не в силах оторвать взгляда от его потемневших глаз и побледневшего лица.

— Повтори, что ты сказала? — медленно роняя слова, Егор поднялся со стула.