|
Глорфин вздохнул. - В таком случае, похоже, наша основная проблема - решить, как убедить пауков, что это не было преднамеренной провокацией. - Ты думаешь, такое возможно? - с сомнением спросил Зораб. - Не знаю. - Глорфин, очевидно, был весьма озабочен. - Нам остается лишь попытаться. На Найла посмотрел Корбин. - Вероятно, начать надо будет с возвращения паукам беглого раба. Это станет залогом наших чистых помыслов. Доггинз смерял его ледяным взором. - От этого отказался сам Хозяин. Ты, видимо, считаешь себя вправе менять его решения? Корбин покраснел и опустил глаза. Глорфин покачал головой. - Надо быть реалистом. На данный момент мы, по сути, находимся с пауками в состоянии войны. Нельзя допустить, чтобы этот конфликт затянулся. Доггинз посмотрел на него с улыбкой. - Ты хочешь сказать, что надо поднять руки и сдаться им на милость? - У тебя есть какое-то иное предложение, более удачное? - Надо было отдать этому человеку должное: терпение и выдержка просто редкие. Доггинз оглядел собрание: - Да. Я предлагаю исходить из того, как обстоятельства складываются на сегодня. Глорфин, а с ним и большинство собравшихся взглянули на Доггинза с плохо скрытым ужасом. - Ты хочешь, чтобы война между нами продолжалась? - Он, очевидно, думал, что Доггинз спятил. - Нет. - Доггинз снова оглядел стол (Найл чувствовал, как для вящей убедительности он использует силу медальона). - Я хочу примирения. Но на иных условиях. Вам известно, что Договор о примирении все преимущества оставил за пауками. Я желаю, чтобы теперь условия изменились в нашу пользу. - Он повернулся к двери. - Селима! Дверь отворилась (очевидно, вся сцена была продумана заранее), и вошла Селима с газовым фонарем в руках. Его яркий свет наводнил всю комнату, отчего мелкие язычки масляных светильников показались никчемными. Фонарь Селима поместила на середине стола и, пятясь, вышла из комнаты. Пибус с ужасом вытаращил глаза. - Ты что, с ума сошел? Это же вопиющее нарушение закона! - Закона против чего, против света? - насмешливо переспросил Доггинз. - Ты же знаешь, что это идет вразрез с Договором о примирении! - Выходит, настало время пересмотреть договор, - сказал Доггинз со вздохом. Глорфин окинул дерзкого суровым взглядом. - Ты, видно, плохо представляешь себе положение. Наша задача - уговорить пауков примириться и... - он замялся, подыскивая нужное слово. Доггинз едко усмехнулся: - И простить нас? - Да, и простить нас! - воскликнул Глорфин с вызовом. - Мы совершили против наших союзников ужасное преступление. А ты еще и намеренно осложняешь положение, пытаясь давить, чтобы они изменили договор. |
