— Бездействие еще вернее губит. Кто действует и движется — тот любит, — откликнулся целый легион более решительно настроенных Мыслящих. — Двуногие, стремитесь же вперед. Препятствия упорным не помеха. Движение — всегда залог успеха. Коль будет доброй воля — все придет.

— Жаль, что не к нам, — печально прошелестели с полдюжины нытиков, — мы тоже жить хотели…

— Уж лучше умереть, чем продолжать постылое для нас существованье! — Это высказывание нашло неожиданно широкий отклик у коцитан, которые давно превратились в философов если не по призванию, то по необходимости. — О наша жизнь — для нас ты хуже смерти!

— Мы были правы, — констатировали двое. — Вот они идут в другой тоннель.

— А там другая дверь, — подхватили тридцать и трое, — из-за нее не выйти им живыми!

— Желаю им удачи! — упрямо провозгласил первый Мыслящий, чья попытка войти в контакт с землянами хоть и не увенчалась успехом, но заставила его взглянуть на пришельцев с уважением, а быть может, и чем-то большим. — У двуногих открылись колоссальные резервы, чего предвидеть даже я не мог. Заметили, наверное, коллеги, как просто и решительно открыли пришельцы дверь, что встала на пути?

— Но как вульгарно, грубо, примитивно! — посетовали несколько эстетов, образовавших спиральное переплетение разумов. — Как неизящно!

— Это все слова! — отмахнулся первый Мыслящий. — Пусть не эффектно — было б эффективно. К тому же победителей не судят. — Первый Мыслящий пребывал в несколько рассеянном состоянии, занимая пространство от верхней точки центрального острова архипелага до бровей Бринка. — Как быть нам всем, Бесплотные? Кто может сломать барьер Пространства, выпить Время, играющее в чаше Бытия, и до умов пришельцев достучаться? Пытался я — и ничего не смог.

— Не стоит горевать над тем, что минет. А вдруг еще мы сможем им помочь? — Приверженцы первого Мыслящего собрались вокруг, желая утешить своего лидера. Сначала их было трое или четверо, но уже в следующую наносекунду число сторонников его концепции увеличилось до полумиллиона.

Ни знания, ни богатейший опыт, накопленные за долгие века существования сначала в одном, а потом в другом измерении, не научили коцитан предсказывать будущее. Конечно, если бы однажды у них открылась такая полезная способность, они не пребывали бы сейчас в жалком и безнадежном положении. Они просто-напросто выбрали бы другой путь развития или хотя бы оставили для двуногих что-то вроде записки с объяснениями — что надо делать и как дошли до такой жизни хозяева планеты.

Вот уже второй раз за этот день мужчины тратили время и силы, обшаривая все закоулки подземелья и на два голоса призывая откликнуться пропавшую журналистку. Как и в предыдущий раз, глас их так и остался гласом вопиющего в пустыне. Мэгги Роббинс либо не хотела, либо не могла на него откликнуться.

— Что-то с ней, кажется, случилось, — хмуро пробормотал Лоу и потянулся к рации.

— Совсем не обязательно, — остановил его Бринк, успевший продумать все чуточку основательней. — Скорее всего, она выбралась по насыпи наверх и сейчас обследует окрестности. И потом, человеку свойственно в одиночестве тянуться к знакомой обстановке, так что не исключено и ее возвращение на астероид. А может быть, она просто решила отключиться от стоящих перед нами проблем и искупаться в море. Если последнее верно, я ей завидую. Сам не прочь был бы сейчас окунуться.

— Позже окунетесь, — буркнул Лоу. — У нас еще три острова и три шпиля на очереди.