-  Кому нужна такая жизнь. - Невесело усмехнулась я. - Откуда вы вообще взялись на мою голову? Неудачник хренов.

    Он лишь пожал плечами, неуверенно погладив меня по руке.

    -  Простите, Ира. - Я хотел как лучше. Ведь у нас скоро должны были закончиться деньги. А случай представлялся довольно лёгким.

    -  Вот-вот. Желание сорвать халяву никого ещё не доводило до добра.

    -  Чего уж теперь. - Вздохнул он. - Лучше, просветите, что нас ждёт.

    -  Откуда я знаю, что случиться с вами? Вы же, как чёртик из табакерки. Не видно вас, не слышно. А мне, судя по всему, предстоит увлекательнейшее путешествие «из огня да в полымя».

    В конце концов, после нескольких часов изматывающей дороги нас привезли в унылого вида крепость. Ничем с виду не примечательная цитадель поневоле навевала грустные думы. А перспектива встречи с населяющими её «серыми кардиналами», ввергала в отчаяние. К тому же, чётко прослеживающаяся «однобокость видений», недвусмысленно давала понять, что вскоре стану игрушкой в руках чьей-то недоброй воли. Подобно нам с Александром, обладающей сверхъестественными способностями.

    Едва въехали во двор, как повозку окружили люди с копьями в одинаковых кафтанах. Отрешённое выражение лиц говорило о многом. В частности о суровой дисциплине подавляющей многие человеческие качества. Милосердие, умение сострадать, а так же любовь к ближнему. Хотя, судя по нравам, царившим в этом позднем средневековье, сдобренном такими прелестями как рабство, о принципах гуманизма местные жители слыхом не слыхивали.

    -  Когда мы встретимся? - С надеждой в голосе спросил Александр, едва с нас сняли кандалы.

    -  Да не знаю я. - В сердцах я закусила губу. - Вы же, словно невидимка.

    И, в неожиданном для себя порыве, обхватила его голову и поцеловала. В груди разлилось приятное тепло, быстро начавшее распространяться к низу живота. И, не желая выказывать слабость перед стражниками, быстро отвернулась.

    Нас разлучили почти сразу же. Александра увели куда-то в подвал. Меня же, втолкнули в уютно обставленную комнату. Я улеглась на некое подобие тахты, застланной пёстрым ковром, и в отчаянии разревелась.

    Бред какой-то. Меня, современную молодую девушку, изучающую психологию в одном из вузов Москвы, как какую-то Анжелику продали в рабство. И, хотя главной героине одноимённого сериала, благодаря своим женским прелестям, в конце концов, удавалось выпутываться из любых передряг, оптимизма это не прибавляло. С ней-то, по крайней мере, было всё ясно. За ней ухаживали, её соблазняли, похищали и продавали в неволю ради естественных утилитарных целей. В моём же случае - полная беспросветность.

    Притащили в эту безумную и грозившуюся затянуться на неопределённый срок «Тысячу и одну ночь» Бог знает зачем. Да и то, похоже, «за компанию» с чертовым недоумком, томящимся сейчас в подземелье. Пытались как дурочку использовать в тёмную. И - чтоб им всем лопнуть - никаких сексуальных домогательств. Как со стороны евнухов с каменными мордами, так и с боку презренного воришки, на которого только сегодня, проникшись сочувствием, вдруг взглянула как женщина. Кстати, поцелуй был довольно неплох. А некоторое равнодушие, которое самонадеянно списывала не растерянность и выверты подавленной психики пережившего шок Александра, даже придавало пикантности.