Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Поблизости от нее он обнаружил пятно бледно‑зеленого цвета, странно размытое.

Он увеличил электронное умножение. Виндемиатрикс и дальние звезды выскользнули из поля зрения. Комета висела в одиночестве и быстро росла. Форма ее была удивительной – необычно совершенный эллипсоид. Он подумал, что она похожа на зеленоватый футбольный мяч, заброшенный в Систему из ночи космоса. Но кем?

– Двенадцать миллионов миль в длину, – хрипло пробормотал он. – Это значит, что это не может быть твердой материей. При такой низкой плотности оно должно быть полым. Но что внутри?

Воспользовавшись лучевыми фильтрами и спектроскопом, поставленными на полную мощность, он попытался проникнуть под смутную зеленоватую вуаль – безуспешно. Он вскочил на ноги и выключил прибор, беспокойно щелкнув пальцами. Он вышел наружу, туда, где сидел Жиль Хабибула.

– Бесполезно, – пробормотал он. – Я обнаружил облако вокруг нее, однако вглубь заглянуть не удалось.

Он вновь вздрогнул. Ибо никогда не приходилось видеть ничего столь же сверхъестественного и столь же непонятно‑ужасного. Комета угрожала проклятиями тайн темных межзвездных пространств, из которых она явилась, и сама ее огромная величина гнетуще действовала на разум. Это было нечто вне мерок и масштабов человека, как человек непостижим для микроскопических инфузорий, кишащих в водяной капле.

– Ну что ж, парень, ты посмотрел на нее. – Жиль Хабибула радостно вскочил на ноги. – Лучшие астрономы в Системе не сделали ничего большего. Давай поедим прежде, чем нас постигнет кара.

Боб Стар молча кивнул. Его разум был по‑прежнему отвлечен и не реагировал ни на что. Он находился на полпути назад по крыше, когда старый солдат вдруг остановился, так неожиданно показав на запад, как будто увидел саму комету.

Повернувшись, Боб Стар увидел белую стрелу, из которой вырывалось бледно‑голубое пламя. Она двигалась по дуге над ржавым полумесяцем Марса и все увеличивалась в небе. В воздухе раздался хрустящий шепот. Черепица затряслась над волной звука. Серебряное веретено промелькнуло над головой, так близко, что он смог различить черные пятна наблюдательных портов и узнать «Звезду‑Фантом».

– Мой отец. – Он почувствовал, как крыша слегка дрожит при спуске корабля на огромную площадку, что венчала центральную башню. – Он знает все о комете и о том, что предпринимает Зеленый Холл.

– Твоя мать ждет в Яшмовой Комнате, – сказал Бобу Стару стражник в коридоре. – Пришло ультракоротковолновое сообщение от Джона Стара. Он идет, чтобы встретить ее там.

Яшмовая Комната была огромной, ее высокие стены были облицованы яшмово‑зеленым стеклом и полированным серебром. С двух сторон огромные окна выходили на темно‑зеленый и ярко‑серебряный ландшафт спутника. Пол и массивная меблировка были из венерианского красного дерева и отливали рубиново‑красным.

Его мать, та, что прежде была Аладори Антар, сидела в огромном кресле, которое делало ее совершенно крошечной. Когда он вошел, она подняла на него глаза, и быстрая улыбка согнала тень тревоги с ее лица. Он подумал было, насколько серьезны должны были ее мысли, но она сказала только:

– Ты рано встал, сынок.

Он задержался возле дверей, чувствуя себя болезненно‑неуклюже. Она была очень красивой, и он знал, что она старается быть доброй. И все же, когда все напоминало ему о ее великой ответственности, она становилась личностью, слишком возвышенной и знаменитой, чтобы быть его матерью. Он нервно спросил:

– Отец идет сюда?

– Он только что приземлился. – Радость сделала ее опять человечной. Ему захотелось подбежать и обнять ее. Глаза его почему‑то наполнились слезами. Он импульсивно двинулся к ней, однако услышал:

– Твой отец послал весточку с просьбой ждать его здесь, одной.

Быстрый переход
Мы в Instagram