|
– Зови меня Син. – Что за странное имя? – По-английски sin – это грех. А грех – это моя вторая натура. И еще мне очень нравится Сингапур. Гумилев вздрогнул. Бармен, угадывающий желания клиентов, – это еще ладно. Но откуда она могла знать, что он только что думал о Сингапуре? – Ты часто там бываешь? – спросил он, неожиданно для себя переходя на «ты». – Регулярно. – Она подвинула пустой бокал бармену. – Повтори, будь добр. – Конечно. – Бармен быстро смешал ей еще один коктейль. К удивлению Андрея, девушка пила не просто мартини, а водкатини – кроме льда, вермута и апельсинового сока бармен добавил в бокал еще пятьдесят граммов «Абсолюта». – Я здесь с другом, – сообщила Син Гумилеву. – Он как раз из Сингапура. – Где же он? Почему бросил тебя одну? – У него какие-то терки с хозяином, – равнодушно ответила девушка. – Он о-очень, о-о-чень крутой парень. – Хозяин? – Хозяин – полный мудак, – сказала Син (бармен сдержанно улыбнулся). – Мой друг – вот кто по-настоящему крут. – Чем же он занимается? – спросил Гумилев, знаком показывая бармену, что тоже не прочь повторить. – Всем, – просто ответила девушка. – Разруливает всякие ситуации. Если кого-то надо убрать – ну, там, министра или президента какого-нибудь, – ты ему только скажи. Нет, конечно, не только скажи, но и заплати, но в принципе, если у тебя есть лавэ, то все проблемы решаются на раз… «Совсем пьяная, – решил Андрей. – Черт возьми, меня никогда в жизни не тянуло на пьяных женщин… Но в этой определенно есть что-то интригующее». – Хочешь, я тебя с ним познакомлю? – неожиданно спросила Син. – Это серьезно расширит горизонты твоего сознания. – Неужели? – усмехнулся Гумилев. – Ну, познакомь. – Он одним глотком допил виски и отставил пустой бокал. – Только имей в виду: у меня мало времени. Син вполоборота развернулась к нему. – Ты даже не знаешь, как его мало. – Поясни. – Ну уж нет. Это твои проблемы, не мои. Она легко соскользнула с высокого табурета и, не дожидаясь Андрея, направилась к лестнице. Двигалась она с грацией балетной танцовщицы, и Гумилев заподозрил, что Син совсем не так пьяна, как хочет казаться. Догнал он ее на лестнице. – Ты притворяешься. – Все притворяются. – Кто ты на самом деле? – Корректор. Андрей опешил. – Ты работаешь в издательстве? – Нет, конечно. На втором этаже они свернули в хорошо знакомый Гумилеву коридор – где-то впереди их должен был встретить охранник в белой косоворотке. – Тогда что же ты корректируешь? – Реальность. «Все-таки она пьяна, – решил Андрей. – И сейчас ей кажется, что она изрекает полные потаенного смысла истины». – Это не так просто, как ты думаешь, – продолжала Син. – Корректировать реальность – все равно что придавать форму мрамору голыми руками, без инструментов. К счастью, существует область мелких погрешностей, где можно кое-что менять. – Правда? – вежливо спросил Гумилев. Мысли его заняты были тем, как максимально достойно выйти из ситуации с охранником. Если их сейчас завернут обратно, он будет выглядеть не только идиотом, который повелся на треп пьяной девушки, но еще и лузером, не умеющим поставить на место прислугу. – Кстати, мы с тобой сейчас находимся в такой области, – добавила Син. На это он не успел ответить. Из-за угла появился давешний улыбчивый парень, загородивший своими широкими плечами проход. |
