|
– А может, на русских или на иранцев. Это уже не нам с тобой выяснять. Главное, он сделал все от него зависящее, чтобы никто не предположил, будто компьютерную сеть HAARP можно взломать. А потом поехал вслед за Харрисом на Сильвер-лейк, убил его, завладел паролями и выкрал план «Гоморра». – И как же он его убил? – Предполагаю, что с помощью ультразвукового излучателя, который нам демонстрировал Батчер. У начальника службы безопасности есть возможность брать образцы тестируемой техники из лабораторий. У Харриса действительно остановилось сердце – вот только произошло это потому, что палец Дона Эшбоу нажал на кнопку излучателя. Ковальски потер переносицу. – Красивая картинка, Буч. Только это все косвенные улики, и не улики даже, а так, логические соображения. Любой адвокат, у которого мозгов побольше, чем у вареного лобстера, разобьет твою гипотезу в пух и прах. – Ты прав, Пол, – неожиданно легко согласился Маккормик. – Именно поэтому я и просидел за компьютером всю ночь, за что теперь и расплачиваюсь. – Он снова зевнул. – Я нашел улику. Неубиваемую, бронебойную улику. В день, когда умер Джо Харрис, Дон Эшбоу уезжал с территории комплекса. Причем в базе данных его отъезд не зафиксирован – а вот на записях видеокамер все прекрасно видно. Пойдем, я покажу тебе. Ковальски, недовольно ворча, направился вслед за ним. В комнате Маккормика было холодно – через открытое нараспашку окно проникал свежий утренний воздух. На экране компьютера крутилось закольцованное изображение – серебристый «Лексус» Эшбоу выезжает за ворота объекта HAARP. Самого водителя за тонированными стеклами видно не было, но номерные знаки машины были видны отчетливо. – А вот чек с заправки, – Маккормик с видом триумфатора положил перед Ковальски ксерокопию листа бухгалтерского отчета. – Именно этим вечером был убит Харрис. А оплачен чек кредиткой Эшбоу. – Убедил, – сказал Ковальски, подумав. – Пора его брать. – Это невозможно, – сказал полковник Батчер. – Вот запись с видеокамеры, установленной на чек-пойнт С. Дон Эшбоу покинул территорию комплекса в 17.30. Смерть доктора Харриса наступила между 19.00 и 21.00. У Эшбоу было полтора часа, чтобы инсценировать сердечный приступ и взломать защиту сервера. Батчер потер виски. Похоже, он страдал от сильного похмелья. – Но зачем ему было убивать Харриса? – План «Гоморра», – объяснил Маккормик. – Все дело в этом чертовом плане. Эшбоу продал его китайцам – то есть это наиболее вероятный вариант. Ваш Чен написал десяток докладных записок с предупреждением – китайцы, мол, спят и видят, как бы добраться до секретов HAARP. Но Эшбоу их все клал под сукно – а хуже всего то, что он их редактировал. Убирал из них все конкретные данные, сценарии хакерских атак, имена генералов спецслужб, которые занимаются разработкой темы HAARP. В результате документы, которые должны были поставить на уши все руководство «Феникса», превращались в никому не интересные отписки. То же самое, думаю, происходило и с докладными самого Харриса, только эти вообще исчезли бесследно. – Как это? – Эшбоу их просто уничтожил. А то, что они были, подтверждает подруга Харриса, Лайза Арчер. Батчер некоторое время молчал, глядя на фэбээровцев ничего не выражающим взглядом. Потом сказал: – Извините, джентльмены. И ушел в ванную. Слышно было, как там плещется вода. Ковальски посмотрел на напарника и сделал быстрое движение рукой, опрокинув в рот воображаемый стакан. Маккормик кивнул. Полковник вернулся через несколько минут, взгляд его стал куда более осмысленным. На бритом черепе блестели крупные капли воды. – Что требуется от меня? – деловым тоном спросил он. |
