|
Шан не из тех, кто способен только воздвигнуть Стену и оберегать свое душевное равновесие, никогда за нее не выглядывая. И я тоже. И это больно, денубиа, когда ты находишься в контакте с кем-то и вдруг – без всякого повода и без предупреждения – от тебя отгораживаются. Ты больше не должна так делать. Экстренная ситуация – дело другое: ты должна действовать, чтобы спасти себя. Если вдруг оказывается, что тебе необходимо отгородиться от другого целителя, полагается сказать: «Извините, но я нуждаюсь в уединении» – и только потом скрываться за Стеной.
Присцилла понурила голову. – Я не хотела сделать ему больно. Я хотела его защитить! Мне казалось, что я создаю… ложное эхо, из-за того, что устала. Ее охватили сочувствие, тепло и приязнь. Присцилла почувствовала, как ее отпускает напряжение, и подняла голову. Лина улыбалась. – Он знает, что боль была причинена ненамеренно. Лучшей компенсацией будет просто больше так не делать. – Она протянула руку. – Пойдем, нам придется спешно заглатывать еду!
ТРЕАЛЛА ФАНТРОЛ, ЛИАД
ГОД ПОД НАЗВАНИЕМ ТРОЛШ ТРЕТЬЯ РЕЛЮММА ВТОРОДЕНЬ БАНИМ Таам Оланек сделал еще один глоток превосходного бренди, смакуя его букет. Нову йос-Галан вызвали с приема несколько минут тому назад. – Дела, – тихо сказала она Элдему Глоди, с которым разговаривала. Оланек позволил себе с любопытством подумать, что за дело могло заставить Первого представителя ведущего клана Лиад (в конце концов, что толку притворяться, будто это не так?) на столь долгое время оставлять прием, на котором она исполняет роль хозяйки. Конечно, оставалась леди Антора, которая только-только окончила университет, но держалась с непринужденностью, сделавшей бы честь и человеку лет на десять старше ее. В данную минуту она с очень милой серьезностью выслушивала леди йо-Хата. Он подумал было, не вызволить ли девочку из когтей этой старухи, но тут леди Антора сама сумела это сделать, да так изящно, что он преисполнился восхищения. Отнюдь не красавица, не то что ее сестра: по общепринятым меркам слишком пышные грудь и бедра – но ума и вкуса предостаточно. Оланек мысленно признал, что это относится ко всем йос-Галанам. Даже уродец-старший может похвастаться таким острым умом, что того и гляди обрежешься. Их недостаток – как каждого в отдельности, так и всех вместе – заключался в их молодости. Если боги пожелают, они перерастут – или перехитрят – этот недостаток без особых проблем, и Корвал по-прежнему будет оставаться на своей вершине, яркий и неколебимый. А Племиа будет медленно скатываться в забвение. Оланек раздраженно поднес к губам рюмку. Это казалось ему несправедливым. – Элдема Оланек? – произнес рядом с ним мягкий влекущий голос. Он повернулся и сделал поклон – не ниже положенного, но без чувства раздражения. То, что она обратилась к нему как к Первому представителю, а не как к лорду Оланеку или Делм Племиа, было достойно внимания. Он улыбнулся. – Элдема йос-Галан. Чем я могу вам служить? – Вашим терпением, сэр, – пробормотала Нова. Ее бледные губы изобразили то, что для нее считалось улыбкой. – Я глубоко сожалею в том, что это необходимо. Возможно ли, чтобы вы позволили небольшому делу помешать вашему удовольствию? Все более странно. Он медленно кивнул. – Я полностью в вашем распоряжении. Было очевидно, что Нова желает обращаться с ним как с коллегой. Интересно, зачем Клану Корвал обсуждать какие-то дела с кланом Племиа, когда они вращаются в столь разных сферах? И почему это происходит в такой странный момент, посредине пышного и весьма приятного приема? Почему не связаться с ним завтра в его кабинете? Неужели ее дело может быть настолько срочным? Тем не менее он вышел следом за ней из зала, отказавшись от новой рюмки бренди. |
