-  А ты любишь меня? - уже в который раз за эти дни спросила она. - Любишь как женщину?

    Кейт тяжело вздохнул:

    -  Да, Джейн. Я люблю тебя, как женщину.

    -  И ты счастлив со мной?

    -  Да, счастлив. Мне горько, мне больно, мне стыдно… Но я так счастлив!

    Джейн крепче прижалась к нему и попросила:

    -  Повтори ещё раз. Скажи, что ты любишь меня. Скажи, что счастлив со мной.

    -  Я люблю тебя, - обречённо повторил Кейт. - Я счастлив с тобой.

    «Господи! - подумал он. - Господи, если Ты есть, прости меня грешного. Я люблю родную сестру, как женщину…»

    Кейт понимал, что попал в западню, и не видел из неё выхода. Он пытался разобраться в своих чувствах, но всё больше и больше запутывался в них. Он по-прежнему любил Марику, любил всё той же безнадёжной любовью… и, вместе с тем, любил Джейн, любил как сестру и как женщину…

    -  Кейт, - робко отозвалась сестра. - Если мы выберемся отсюда…

    -   Когда мы выберемся, - поправил он.

    -  Хорошо, когда выберемся. Что тогда будет с нами? Мы останемся вместе?

    Кейт давно ждал этого вопроса. Ждал с того самого момента, как три с половиной дня назад, проснувшись утром и обнаружив в своих объятиях Джейн, с ужасом понял, что всё происшедшее той ночью ему не приснилось.

    -  Мы не расстанемся, родная, - произнёс он одновременно ласково и горестно. - Я уже не представляю своей жизни без тебя.

    Её глаза засияли.

    -  Правда? Ты не обманываешь меня?

    -  Нет, Джейн. Я говорю, что думаю.

    -  И мы будем жить, как муж и жена?

    Кейт снова вздохнул:

    -  Боюсь, это неизбежно.

    Джейн прислонила голову к его плечу.

    -  Я так счастлива, милый! Я так долго мечтала об этом… - Тут она умолкла и помрачнела. - Но что мы скажем маме, отцу… и всем остальным? Как объясним наши отношения? И как объясним наше отсутствие?

    -  Никак, - ответил Кейт. - Даже вернувшись в свой мир, мы не сможем вернуться домой.

    -  Я боялась, что ты это скажешь, - грустно промолвила Джейн.

    -  Даже если предположить невероятное, - продолжал он, - и нас ни в чём не заподозрят, то всё равно допросят под гипнозом, для подстраховки. Меня наверняка: ведь я выполнял ответственное поручение - и вдруг ни с того, ни с сего исчез. Я не обладаю сопротивляемостью и выложу всё, как на духу, сам подпишу свой смертный приговор… Кстати, тебе это не грозит. Ты не совершала серьёзных преступлений. Единственное, в чём тебе обвинят, это что ты полтора года молчала о своих подозрениях относительно Марики, а потом пассивно покрывала меня.

    -  И кроме того, я собиралась рассказать Алисе и Марике о планах нашего отца, - добавила Джейн. - И обязательно расскажу, когда мы встретимся с ними. Так что мы с тобой оба предатели. Нам обоим нельзя возвращаться домой, попадаться на глаза родным и знакомым. Теперь мы одни во всём мире… во всех мирах. У меня есть только ты, а у тебя - только я. Поэтому не надейся избавиться от меня.

    -  Мы всегда будем вместе, - заверил её Кейт.