-  Понимаю, - серьёзно ответил Стэн. - Я сделаю всё, чтобы она была счастлива.

    * * *

    Дэйна Уолш положила трубку и посмотрела на стоявшего рядом Алексея Смирнова.

    -  Надеюсь, мы правильно сделали, - произнесла она.

    -  Безусловно, - сказал он.

    -  Это не только личное, ведь так? Это ещё и знак нашей доброй воли. Конноры должны знать, что не все Хранители настроены против них.

    Смирнов хмыкнул:

    -  Так поэтому ты ни словом не обмолвилась про Кейта и Джейн?

    -  Ну, наверное… Не знаю. Я очень хотела спросить о детях, но боялась, что Марика снова станет всё отрицать. В тот раз она была такой искренней, что я чуть не поверила ей. А вдруг мы действительно ошибаемся?

    -  Успокойся, Дэйна. Ребята там, им негде больше быть. Мы оба прекрасно знаем это. А Марика просто осторожничает.

    Он говорил это уже не раз и не дважды. Никаких сомнений в том, что Кейт и Джейн находились в мире Конноров, у него не было. Он не догадывался, не предполагал и не подозревал - он знал это наверняка. И Дэйна Уолш знала. Из всех Хранителей только они двое знали правду…

    Смирнов опустился в кресло, открыл ключом нижний ящик своего стола, достал оттуда небольшой альбом с фотографиями и принялся медленно перелистывать страницы. Взгляд его стал грустным и задумчивым.

    В альбоме были снимки только одного человека в разные периоды жизни - сначала младенца, потом маленькой девочки, потом большой девочки, девочки-подростка, юной девушки и, наконец, взрослой девушки. Последний снимок был сделан два месяца назад. Смирнов долго рассматривал его, затем поднял печальные глаза на собеседницу.

    -  Мы неправильно прожили жизнь, Дэйна, - устало произнёс он. - Сами страдали и детей заставили страдать.

    Она отошла к окну, отодвинула штору и устремила взгляд на огни ночного города.

    -  Я знаю, Алексей. Это я во всём виновата. Я так не хотела терять сына… а в результате потеряла и дочь.

    -   Мы потеряли, - поправил её Смирнов и нежно, как к живому существу, прикоснулся пальцами к изображению красивой белокурой девушки на фотографии.

    Джейн лучезарно улыбалась ему со своего последнего снимка.

    Глава 24

    Проснувшись, Марика поначалу никак не могла вспомнить, что с ней произошло.

    Она лежала на широкой кровати с роскошным балдахином, занавешенной по ибрийской моде тонкой полупрозрачной тканью. Сквозь занавеси проглядывалось богатое убранство просторной светлой комнаты с обитыми бархатом и шёлком стенами, добротной мебелью и устланным медвежьими шкурами полом.

    Из всего этого Марика сделала вывод, что находится в родном мире. Но где? И как она сюда попала?…

    К тому же, в постели рядом с ней спала Алиса. А это совершенно не вязалось с окружающей обстановкой, вызывая совсем другие ассоциации…

    Наконец Марика вспомнила! Брат коварно напал на неё, можно сказать, ударил в спину… за несколько секунд до того, как она сама собиралась нанести такой же коварный удар. Впрочем, в глазах Марики это нисколько не оправдывало Стэна. Она радела о благе всех Конноров, а он руководствовался чисто эгоистическими мотивами. Ради собственного спокойствия он не захотел отпускать её от себя; и также он не захотел расставаться со своей новой игрушкой, Алисой - глупышкой, которая от любви совсем потеряла голову и разучилась здраво мыслить…

    Марика медленно поднялась и села в постели.