Проблема заключалась в том, что они не знали, как много способов слежения имелось у людей из «БФГ». Крейг хотел выяснить это, но пока что не очень-то удавалось.

Ему нужно было после работы поговорить с техниками из подразделения, согласовать с ними какой-то план.

Впервые за более чем неделю он и Фил смогли выйти на обед в одно и то же время. Друзья поспешили покинуть здание до того, как одного из них задержат под тем или иным идиотским предлогом.

– Итак, – сказал Крейг, пока они шли по парковке, – ты видел новое распоряжение?

– Конечно. – Фил фыркнул. – Золотые и красные рубашки? На чем основан этот дресс-код? Нам что, теперь всем нужно косплеить «Звездный путь»?

Крейг улыбнулся.

– Думаю, мы переживем путешествие на планету. Мы с тобой – в золотых мундирах. Однако меня беспокоит судьба Йомена Джонса…[11]

– Думаешь, это смешно?

– Да нет, смешного мало, – со вздохом признал Крейг.

– Вот и мне так кажется. Что-то подсказывает, что надо искать другую работу.

– Ты не первый об этом думаешь.

– Давай-ка прокатимся на твоей машине в этот раз, – сказал Фил, когда они подошли к его «Хонде». – У моей трансмиссия снова издает странные звуки. Я ей не доверяю.

– Отдашь в ремонт?

– Да, после работы заверну в мастерскую. Джози будет ждать меня там со своей тачкой – подхватит, если что.

Они прошли мимо машины Фила до конца стоянки, где «Приус» Крейга был зажат меж двух минивэнов, да так прочно, что пришлось с грехом пополам протиснуться к месту водителя, выкатиться чуть вперед и лишь потом открыть пассажирскую дверь для друга. Они ехали под звуки репортажа Си-эн-эн по радио; два комментатора на разных сторонах политического спектра согласились, что федеральное правительство злоупотребляет своей властью в гораздо более пугающей степени, чем в 1984 году, – под предлогом загадочной «войны с террором» разрушая право людей на неприкосновенность частной жизни. Фил при этом посмеялся:

– До парней только сейчас дошла такая очевидная херня?

– Ну в последнее время становится все проще заметить…

– Да брось. Все начиналось с того, что АНБ хотело нас защитить от терактов, так? Но чем кончилось? Слив данных происходит не на правительственном уровне, а банально на уровне продуктового супермаркета – благодаря банковским карточкам с выгоднейшими условиями кредитования и кешбэком… конечно же, эти штуки такие удобные, а выгода-то какая… никто не задумывается почему-то, с какого перепуга эти выгоды в принципе нам предоставляются. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Про интернет я уж молчу: любой браузер не только отслеживает, какие сайты ты посещаешь, но и сколько времени ты проводишь на каждом из них. Вся эта информация собирается и продается маркетологам, и, даже зная это, остаются еще какие-то идиоты, хранящие личные данные на серверах, а не на частных хранилищах… там, откуда украсть – проще простого.

Крейг улыбнулся.

– Ну в их защиту скажу, что эти серверы – белые, пухлые и совершенно безобидные «облака».

– Под всей этой пушистостью очень удобно прятать проект Форбина – «Колосс»[12]. – Фил покачал головой. Он помолчал какое-то время, размышляя. – Но даже по нынешним меркам тотального контроля «БФГ» – просто бешеный зверь.

– Программисты в шоке, – признался Крейг. – Я навестил их сегодня утром и услышал о незаконной слежке на работе и дома.

– Думаешь, это плохо? Я вот проверил свой отдел корпоративных продаж, и там люди ведут себя тише воды, ниже травы.