– Думаешь, это плохо? Я вот проверил свой отдел корпоративных продаж, и там люди ведут себя тише воды, ниже травы. Их запугали до смерти. Послушать их, так веб-камеры следят за ними сутки напролет, все разговоры записываются, в стенах прослушка, до кучи вокруг них все время как бы невзначай вьются эти натыканные Патовым фашисты, ребята из контроля менеджмента. А знаешь, что еще я заметил? Ощутимо упал темп работы. Оно и понятно, страх не способствует продуктивности.

– Эти консультанты приносят больше вреда, чем пользы.

– Впору задуматься, не прослушиваются ли наши машины, – сказал Фил, когда они остановились на красный свет. Оба друга какое-то время молчали, глядя друг на друга.

– Может быть, сегодня стоит поесть… где-нибудь в другом месте, – предложил Фил.

Крейг кивнул, понимая. Любая привычка может быть использована против них. Если консультанты узнают, что – и где – они обычно едят…

Лучше перебдеть, чем недобдеть.

Перекрывая гробовое молчание, Крейг включил радио и поехал прямо, вместо того чтобы повернуть направо, направляясь к замеченной ранее забегаловке у автострады. Они с Филом не разговаривали, пока не вышли из машины и не оказались на стоянке ресторана быстрого питания с мексиканским «профилем».

– Это становится просто смешно, – признался Крейг, запирая дверь.

Фил криво улыбнулся.

– То, что ты параноик, не означает, что за тобой не следят.

Зайдя внутрь, они сделали заказ, а затем отнесли еду к столику у окна, подальше от небольшого количества других посетителей – по большей части те сидели рядом с сальса-баром и автоматом с напитками.

– Сегодня утром ходил на планерку, – сказал Фил, прежде чем надкусить тако. – Сам же знаешь, как Патов любит планерки.

– И что за повод на сей раз?

– А сам как думаешь? Человека из моего отдела хотят вытурить.

– Кого именно?

– Джесса Абодзи.

Крейг тупо посмотрел на него.

– Парня в инвалидной коляске? Но почему? В чем причина?

– Поди пойми их. Он хороший парень, и он мне нужен, и я не хочу поддаваться этим придуркам. Так что я сказал им, что у нас тут проблема дискриминации назревает. Мол, вся причина их желания избавиться от Джесса заключается в том, что он – инвалид. Сослался на закон о защите прав американцев с ограниченными возможностями – и пошло-поехало… Сразу все признали, что этот закон и «КомПрод», и «БФГ» чтят больше всего, вспомнили, что мы одними из первых в индустрии оборудовали здание и кампус всеми удобствами…

– Значит, они не собираются его увольнять?

– Даже в отпуск принудительно не отправят. Победа сладка. – Фил сделал большущий глоток «Доктора Пеппера».

– У них и самих какие-то перестановки, – заметил Крейг. – Мой верный наблюдатель Мартин пропал, на его место поставили какую-то Ильзу Кох.

– При мне пока тот же парень, что и всегда. Он, в общем-то, неплохой человек, лишний раз на рожон не лезет. Явно чует, где «БФГ» перегибают палку. Кстати, а что случилось с теми анализами крови? Кого-нибудь уволили или дали положительный результат на… то, что они ищут?

Фил пожал плечами.

– Я не знаю. Но то, как эти анализы были взяты… ты же слышал?

Крейг покачал головой:

– Ты всегда знаешь больше, чем я.

– У тебя же кровь взяли с помощью иглы и шприца?

– Ну да. Конечно.

– И у меня тоже. Но кому-то порезали ножом руку, чтобы выступила кровь.

– Что за чертовщина.

– Других тыкали ржавыми ледорубами.

– Это не может быть правдой.

Фил просто посмотрел на него.