Видана, раскрыв широко глаза, переводила взгляд то на Герцога, то на Велизара, и Ставр прекрасно понимал ее чувства.

— Хорошо, аналитики решат, каков был шанс.— Вели­зар мельком глянул на Ставра.— Но все же вам не сле­довало рисковать жизнью Виданы Железовской.

— Я бы не справился один,— с легким сердцем ответил Ставр, зная, как подействует на Видану его заявление.— И она не воспитанница пансиона благородных девиц, а работник «погран-2».

Велизар поднял бровь.

— Спасибо за информацию. Что ж, снимаем этот воп­рос с повестки дня. Я очень надеюсь, что вы сделаете надлежащие выводы, но еще больше — что эксперимент Левашова приблизит нас к решению проблемы нагуалей. Что вы хотите добавить, девочка?

Видана создала слоган, соответствующий словам «э-э» и «м-м-м», покраснела, рассердилась и нашлась:

— Пауль, не хотите ли вы сказать, что всю операцию по розыску Левашова разработали вы, а не этот тип? — Она небрежно кивнула в сторону Ставра.

Присутствующие оживились. Железовский неодобри­тельно покачал головой, а Герцог улыбнулся:

— Мы разрабатывали ее вместе.

— А ваш намек на «контр-2»? Учтите, я хорошо знаю, что это за организация и как она работает. С какой стати она стала прикрывать наши игры?

— У нас с Панкратовым один начальник в «контр-2» — Джордан Мальгрив.— Бывший комиссар ОБ глянул на Ве­лизара.— Петр, теперь, наверное, можно посвятить их в наши дела, тем более что благословение Мальгрива я получил.

Велизар покачал головой.

— Похоже, никого в этой компании вы своим заявле­нием не удивили.

— Это уж точно,— подтвердил Железовский.— О су­ществовании «контр-2» знает даже Забава. И не стоит удивляться, извиняться, бить себя в грудь, что иначе было нельзя и что цель — выживание цивилизации — стоит тех мер по охране тайны, которые применили вы. Да, стоит! А теперь давайте о деле. Синклит по-прежнему предпо­читает действовать самостоятельно, хотя кое-какие задачи мы должны ставить вместе и координировать их выполне­ние.

— Спасибо, Аристарх.— Велизар передал слоган руко­пожатия — сожаления — вины — твердой воли — по­нимания — дружеского преклонения — необъятных про­сторов — шелеста волн — грозовых раскатов — птичьих криков — запахов луга и озона; эта мыслеформа была понятна всем.— Что вы хотите предложить «контр-2»? Кстати, я ведь тоже сотрудник этой организации. Иди, если хотите, советник.

— Я знаю,— ухмыльнулся Железовский.— Петр Пине­гин. Мы ведь тоже не простачки.— Посерьезнел.— Пред­лагаю, пока не поздно, ликвидировать помощников эмис­сара ФАГа: Алсаддана, Шан-Эшталлана, Шкурина, Лео­нида Сяопина и Еранцева. А когда отыщем базу эмиссара, Демиурга, то и его тоже. Я разработал план, однако его надо согласовать с руководством «контр-2», чтобы не полу­чилось накладок.

В бункере установилась тишина. Потом Герцог весело посмотрел на Велизара:

— Вы были правы, Петр. Наши старики во многом могут дать фору молодым.— Пауль повернулся к Аристар­ху.— Но мне в связи с этим вспоминается одно место в романе Вальтера Скотта «Квентин Дорвард»: «Если мы вздумаем силой проложить себе дорогу, эти молодцы по­рядком намнут нам бока, потому что война — их ремесло, а мы деремся только по праздникам».

Видана фыркнула. Из соседнего помещения прилетел сло­ган-улыбка Левашова. Но Железовский остался серьезен.

— Среди нас тоже есть молодцы, чье ремесло — война. В чем конкретно вы сомневаетесь?

— Извините, Аристарх, я не хотел вас обидеть.