Он помнил и всегда будет помнить причину, по которой согласился на это.

– Привет! Я хотел извиниться за свое поведение два дня назад.

Прекрасная Мария наклонила голову, всматриваясь в запись изображения Кита. Он что, прошел курс приема гормонов? Его лицо казалось более жестким. Повзрослевшим.

Кит поерзал на стуле.

– Марко приказал мне больше не встречаться с тобой, и я боялся, что нас могут увидеть вместе. Там был один из моих кузенов. Ты, наверное, видела его.

Мария не могла припомнить, чтобы в баре сидел кто‑то из Соаресов, но это не означало, что его там не было.

Кит оглянулся через плечо, как будто боялся, что кто‑нибудь подслушивает его.

– Я бы хотел увидеться с тобой, если ты не против. Только не в общественном месте. И даже не в отеле, – его голос прервался. – Может, на «Беглеце»?

Кит выглядел взволнованным. Он посмотрел в камеру и открыл рот, чтобы что‑то сказать, но затем передумал.

«Я люблю его?»

– Оставь сообщение на базе, если захочешь. Я буду там весь завтрашний день с самого утра.

Запись окончилась. Мария смотрела на пустой трехмерный экран и размышляла о том, как изменился Кит. Стал более взрослым, хотя и более скованным. Может, он просто не знал, как выразить свои чувства.

Максим вскочил на колени к Марии. Гладя кота, она подумала, что их с Китом отношения были, по крайней мере, простыми. Он не просил ее, как Митагучи, вернуть ему прошлое, не требовал, подобно Юби, соблюдать какие‑то неписаные правила. Все, что хотел Кит – просто немного побыть вдали от семьи.

Нужно будет спрятать Двенадцатого. А может, и Юби ничего не узнает.

Внутренний люк открылся. Мария надела красный жилет, отделанный серебряной тесьмой, и серые узкие брюки, выглядевшие так, как будто их только что извлекли из кучи мусора. Контраст должен был производить шокирующее впечатление. На лице Кита появилась ухмылка, когда он отстегнул шлем и принялся сражаться с пластиковыми застежками на плечах скафандра.

Мария засмеялась и шагнула навстречу.

– Привет, – ее улыбка была одобряющей.

Он ощущал запах ее волос, ее дыхание, чувствовал тепло ее кожи. Он раздумывал, должен ли поцеловать ее. Оба замешкались.

Кит уцепился ногами за специальные перемычки и принялся освобождаться от скафандра. Отсоединив провода, он отстегнул замки нижней части скафандра, и выскользнул из неуклюжих штанов. Потом снял верхнюю часть.

Мария ставила каждый элемент в мягкие ячейки, Затем она отступила назад и посмотрела на него. Он одергивал рукава футболки.

– Ты похудел, – сказала она.

– Стал сильнее, – возразил он. – Мускулистее. Марко взвалил на меня весь ремонт и другую тяжелую работу.

Ее взгляд смягчился.

– Из‑за меня?

Чувство обиды захлестнуло Кита.

– Конечно, – ответ получился более сердитым, чем он ожидал.

Черт побери! Он должен очаровывать, а не злить ее.

– Извини, – она виновато улыбнулась. – Мне действительно жаль.

– Забудь.

Мария начала что‑то говорить, но запуталась.

– Пойдем в холл, – сказала она, легко повернувшись в воздухе.

Оттолкнувшись обеими руками, Мария выплыла из шлюза, подождала, пока Кит последует за ней, а затем закрыла и заперла люк. На некоторое время он оказался впереди. Кит обогнул опору центрифуги и поравнялся с дверью резервной рубки.

– Что это за запах? – спросил он.

– Запах? – голос Марии звучал громко.

– Здесь странно пахнет.

– О… – она на мгновение умолкла. – Юби красил что‑то в резервной рубке.