«По крайней мере, ты выполнил часть своего задания – научился произносить звуки человеческого языка. Эта информация будет воспринята Мной, а затем передана Моему слуге, Неспециализированному Двадцатому».

«Слава Возлюбленной!»

Двенадцатый знал, что Двадцатый заменит его. После этого он будет подвергнут дезинтеграции, как представляющий опасность для священного разума Возлюбленной.

Искусственное наслаждение заполнило мозг Двенадцатого. Оно не смогло вытеснить его страдания и лишь сделало их более мучительными. Нервные окончания Возлюбленной пульсировали, заполняя лингвистические центры в мозгу Двенадцатого полирибонуклеидами сложной структуры, которые начали копировать его знание человеческого языка. Двенадцатый почувствовал, как его сердца забились быстрее, чтобы в мозг попало достаточное количество кислорода, и процесс завершился успешно. Он услышал, как Возлюбленная отдает приказание Двадцатому подключиться к ней.

Поначалу все шло хорошо. Воудер Двадцатого начал воспроизводить отдельные звуки человеческого языка, а затем целые слова.

– Коммммммандор, – произнес оранжевый организм и взмахнул правой рукой.

– Командор! – выкрикнул он. – Командор! Командор!

Он дернул правой ногой. От его жгутиков в разные стороны разлеталась слюна, правая сторона его тела дрожала, а левая казалась парализованной.

Двенадцатый, чье сознание было затуманено искусственным наслаждением и тоской, удивленно смотрел, как Двадцатый выпрямился, а затем обмяк и неподвижно повис на конце нервного окончания Возлюбленной.

Наслаждение ушло. В голове Двенадцатого зазвучал голос Возлюбленной.

«Двадцатый в шоке. Ты будешь наблюдать за ним».

«Да, Возлюбленная».

«Если он скоро очнется, ты выяснишь причину его состояния».

«Да, Возлюбленная».

«Меня убеждали, что это наиболее гибкий и адаптируемый тип Разумного. Мое разочарование будет передано остальным. Возможно, данный тип обесценится».

Ощущение присутствия Возлюбленной исчезло из мозга Двенадцатого, хотя сами нервные окончания не отсоединились. Ему показалось, что она переключила свое внимание на что‑то другое.

Жгутики Двенадцатого вибрировали в такт дыханию, хотя тело оставалось неподвижным. Он ждал, дрожа от страха перед неизвестностью.

«Умри, – думал он, глядя на Двадцатого. – Умри, умри, умри».

Если Двадцатый погибнет, Двенадцатый может остаться в живых.

Шли часы. Двенадцатый почувствовал, что ему нужно отправить естественные потребности, но он не решился отсоединиться от нервных окончаний, поэтому облегчился тут же и позволил неразумным очистить помещение и самого себя.

С внезапным страхом он увидел в дверях солдат. Черные и суровые, они заполнили комнату. Множество рук протянулось к Двадцатому. Нервные окончания отсоединились. Не сказав ни слова, солдаты ушли, унося с собой неподвижное тело.

В мозгу Двенадцатого опять возникло ощущение присутствия Возлюбленной.

«Слава! Слава!» – воскликнул Двенадцатый.

«Двадцатого Я приказала дезинтегрировать».

«Слава Возлюбленной!»

«Я попытаюсь вырастить новых Разумных, таких, как ты и он. Необходимая информация относительно людей будет закладываться в них постепенно, в процессе развития. Возможно, шок будет не таким сильным».

«Слава Возлюбленной! Надеюсь, ее план увенчается успехом».

Надежда отчаянно забилась в его сердцах.

«Мне требуется дополнительная информация, Двенадцатый».

«Данный индивидуум – слуга Возлюбленной».

Он подумал, что потом последует его дезинтеграция. Если, конечно, у него есть нужные Возлюбленной сведения.