Андерс ухмыльнулся в ответ, и Рик поразился непроницаемости его железной брони.

– Вы уверены?

Рик покачал головой, но ему не удалось спрятать тревоги на хмуром лице.

– Догоните – если сможете. – Андерс сделал непринужденную паузу, чтобы закурить, но Рик уловил опасный холодок его тона. – Вы же знаете, что гражданским судам запрещено приближаться к сити объектам на расстояние меньше чем сто километров, и в моей власти ужесточить закон о космических ружьях. Подумайте об этом хорошенько.

Рик подумал об этом, улыбаясь потрясению и негодованию, сквозившему во взгляде маленького Мак‑Джи. После года беспрекословного подчинения компании, молодой инженер ощутил странное удовольствие, бросая этот вызов; и его безумно манило загадочное поведение неизвестного объекта.

– Думаю, что я последую за вами. – Если на этой планете действительно есть подставка, то она не вся состоит из сити. Поэтому стокилометровое ограничение вряд ли здесь применимо.

– Боюсь, вы недостаточно все обдумали. – Андерс кивнул в сторону четырех инспекторов, молча стоявших за его спиной, и повернулся к Мак‑Джи с видом дружелюбного сочувствия. – Инспекция обнаружила, что поврежденный алмаз настройки в главном двигателе вашего корабля. Служба безопасности приказала его изъять.

– Алмаз настройки в порядке. – Голос Мак‑Джи дрожал от гнева и угловатое лицо потемнело. – Почти новый натуральный камень. Достаточно прочный, если не перегружать его. Он вел «Джейн» двадцать лет.

– Инспекция нашла его опасно поврежденным. – Андерс безразлично пожал плечами. – Он может полететь при любой внезапной перегрузке. В любом случае, решение вынесено. Боюсь, вы не сможете уехать из Палласпорта.

9. СПЯЩИЙ КОСМОНАВТ

На борту гвардейского сторожевого корабля, летящего в Паллас‑2, Пол Андерс, которого ждал новый корабль для опасной экспедиции, безустанно думал о загадочной огромной золотой игле.

– Космический инженер‑практик, каковым он себя считал, он признавал наличие материальных космических объектов и сити дрейфа, нисколько не задумываясь над их происхождением. Теория Адониса и сити Завоевателя всегда была для него отдаленной и несколько нереальной абстракцией. Но этот необъяснимый взрыв и его тревожные последствия приблизили реальность космической катастрофы.

Он закрыл глаза и откинулся в кресле, стараясь представить себе этот древний катаклизм. Адонис, который тогда был пятой планетой солнечной системы, занимал орбиту между Марсом и Юпитером, которая в настоящее время пустовала, если не считать нескольких планетоидов. Адонис, по мнению немецких ученых, был немного больше Марса. Может быть на Адонисе была земная жизнь, или же она погибла к тому времени, как человек появился на Земле. Завоеватель, судя по планетоидам и дрейфу, был немного меньше Марса. Должно быть, какой‑то более ранний взрыв оторвал его от материнских объятий Солнца, но даже марсианские немецкие ученые не осмеливались предположить сколько веков он бродил в межзвездной пустоте.

Он породил сити жизнь. И достаточным подтверждением тому служила пленка фон Фалькенберга. Андерс не мог забыть эту загадочную необъяснимо узкую дорожку извивающуюся в утробе желтого полого шпиля, и огражденного непропорционально высокими перилами. И все же его возбужденное воображение отказывалось рисовать образ сити существа, взошедшего по этой странной лестнице.

Сити человек, наверняка, не мог подозревать о подстерегающей его опасности. Конечно, если ему не приходилось испытать воздействие странной и смертоносной материи, атомы которой носили такие скрытые отличия от его собственных.