– Так он все‑таки не сити, сэр? – Широкое глуповатое лицо командира расплылось в улыбке восхищения, которая скорее походила на невообразимую гримасу. – И наверное, марсианские агенты и их сообщники астериты создали там искусственную атмосферу и превратили планету в секретную базу, чтобы воевать против Мандата? Чертовски хитрую игру затеяли вы, капитан! – Его лицо выражало понимание и восторг. – Теперь понятно, почему вы отдали свою каюту этой астеритной подсадной утке!

Андерс старался не проявить своего смущения. Он протянул Протопопову сигарету и долго возился с зажигалкой, стараясь скрыть внезапно появившееся необъяснимое раздражение. Наконец, когда он овладел собой, он напряженно проговорил:

– Мисс О'Банион хорошо знает дрейф. Она на борту только в качестве пилота.

– Понятно, сэр. – Протопопов издал какой‑то булькающий звук, похожий на усмешку. – Эй, капитан, у вас просто нюх на женщин!

– Командир, это очень опасная операция. – Андерс не смог сдержать дрожь в голосе. – Несмотря на помощь или информацию, которую мы можем получить от мисс О'Банион, мы должны быть готовы отразить любой удар при подходе к объекту или на нем самом. Мы должны принять все меры предосторожности.

– Вы очень умны, капитан.

– На корабле будут потушены все внешние осветительные приборы. Отвечать будем только на аварийные вызовы. Команда должна быть в состоянии боевой готовности двадцать четыре часа в сутки. Обзор перископа будет удвоен, температурный контроль, фотофон и парагравитационный детектор будут работать в режиме предельной чувствительности. Автоматчики будут нести круглосуточную вахту.

– Есть, сэр.

– Очень может быть, что мы встретим гвардейский крейсер, с которого были сняты пострадавшие космонавты. Теперь корабль, наверное, в руках врагов. При приближении любого судна немедленно информируйте меня и давайте сигнал тревоги.

– Есть, сэр, – донесся хриплый шепот.

– И еще, командир, мы должны быть готовы к другому столкновению – с «Прощай, Джейн». Землянин нахмурился и помолчал. – …Никогда не знаешь, чего можно ожидать от этих шахтеров, но они явно не на стороне компании, и мы должны в случае чего заставить их убраться из космоса.

– Есть, сэр! – Каллистиец опять расплылся в своей неприятной слабоумной улыбке. – Я хочу выразить восхищение вашей стратегией, капитан. Вы получите награды и солидную премию Интерпланет для всех нас!

Андерс оставил командира на мостике, позавтракал в одиночестве в крошечной кают‑компании и отправился вздремнуть в штурманскую рубку – он и не думал осуществлять свой грозный план эвакуации.

Весь этот день и большую часть следующего, пока корабль преследовал едва заметную серую точку идущего впереди объекта, Андерс с нетерпением ждал новостей о пострадавших. Он знал, что они должны прийти в себя, по крайней мере, они будут в состоянии назвать себя и свое судно. Даже если фон Фалькенберг обнаружил шпионов Интерпланет и заставит их молчать, его корабль должен приземлиться в полдень. Но полдень прошел. Было пятнадцать ноль‑ноль по Мандатному времени, когда Андерса наконец вызвали в радиорубку для секретного разговора с Верховным Комиссаром.

– Андерс слушает, сэр. – Он был один в звуконепроницаемой комнате. – Что слышно о тех людях, сэр? – Его голос срывался от нестерпимого напряжения. – У вас есть новости с «Персея»?

Он долго ждал, пока наконец не услышал приглушенный и хрипловатый голос Худа.

– Хороших новостей нет, капитан. Похоже, что это страшная катастрофа для компании, хотя подробности еще не известны. Ваши жертвы проснулись и говорили с фон Фалькенбергом.