— Чего тебе?

— Заказчика.

— Теваррец. Точнее не знаю, но явно из знатных.

— Встречаться с ним еще будете?

— Нет. Полная предоплата.

Та — ак… и кто ж это у нас?

У меня есть два варианта. Либо отпустить убийцу… но — нельзя. Ведь опять придет…

— Откуда вы знали, где искать принца?

— Есть свои люди во дворце.

— кто?

Допрос продолжается примерно полчаса. После чего я выясняю много интересного об обитателях своего дворца. Ну и гадюшник!

Но… самое печальное, что доказать ничего нельзя. Убийцу перед судом не поставишь, он же мигом растреплет про демона, а мне пока с храмом ссориться нельзя. И что делать?

Хотя что тут сделаешь?

Я одним движением сворачиваю мужчине шею — благо, договор был на легкую смерть. Жизни я ему не обещал. Потом занимаюсь остальными телами. Раскладываю их в нужных позах, добавляю ран… вот так.

Забираюсь под кровать — и испускаю дикий вопль.

И еще один — для верности.

Спасите — помогите!!! УБИВАЮТ!!!!!

Прибежавшая стража находит в спальне страшную картину.

Четырех убийц разной степени истыканности. Одного защитника — повышенной издырявленности. И испуганного принца под кроватью.

Как случилось?

Я спал, тут меня с кровати спихивают, летят стрелы, я заползаю, куда успел, тут схватка наверху… а что — все уже закончилось?!!

Меня достают, уверяют, что все в порядке, все будет хорошо, а кто это вас защищал? А?

Нет, не знаю….

Да, страна должна знать своих героев, но лично этого героя я не знаю. Сами разбирайтесь, кто это, а меня — защищайте!

Это же на меня покушались! Кругом враги!

Маркиз Шартрез пытается меня успокоить, но я просто бьюсь в истерике. И собираюсь биться в ней, пока не приходит Том, которого я тут же назначаю капитаном моей личной охраны.

Шартрез принимается возмущаться, но пять трупов выглядят ну очень убедительно. Нет — нет, маркиз, вы впредь будете охранять только вдовствующую королеву, а меня будет охранять гвардия, которую сформирует Том.

И точка!

Средства из казны будут выделены. Завтра же! А сейчас все вон! Его высочество трястись за свою жизнь изволит.

Да, Том, останься. Будешь мне хладный пот со лба утирать и валерьяночку в рюмке подносить. Как нет валерьянки?

Заменим вином! Крепким! Да, и ругать я вас тоже буду.

За что?

Друг мой, было б за что — я не ругался бы…

Оставшись в компании Тома, мы распиваем на двоих бутылку вина и я ему рассказываю про убийц. Сходимся на том, что надо формировать альтернативу королевским гвардейцам, где каждый второй продался, а каждому первому просто на все наплевать, кроме вина и девок.

Завтра же Том этим и займется. А деньги…

Пусть только Шартрез — старший попробует их не выдать!

С утра за мной приходят. Целая толпа придворных идиотов вваливается в спальню — и начинается кошмар. Даже не так.

КОШМАР!

Вы когда‑нибудь пытались представить себе — как это? Когда тебе пододвигают тапочки, пытаются натянуть белье, носки, подают тазик для умывания, золоченый горшок, бритвенный прибор…. да еще и возмущаются, что брить нечего!

Я вытерпел ровно пять минут, а потом взлетел, как был, голым на кровать и заорал, что если сейчас все не выметутся — то я за себя не отвечаю.

И хоть бы кто глаза отвел!

Всегда подозревал, что придворные — все мужеложцы! Ну или хотя бы половина!

Вместо того, чтобы смутиться и выместись, мне принялись объяснять, что это‑де церемониал коронации, который освящен веками, утвержден Храмом (там тоже мужеложцы?!) и все роли в нем распределены заранее.