***

В доме Давида принимали финикийских купцов из города Цора, возвращавшихся из Египта. Караван сошёл с Королевского тракта и остановился на несколько дней в оазисе, а его начальник направился в Хеврон, чтобы поднести дары старейшинам племени Йеѓуды и нанять новых воинов в охрану. В Хевроне финикийцы узнали, что дом, куда их пригласили, принадлежит уже не простому вождю, а королю иврим. Для подарка Давиду купцы выбрали бронзовый меч в позолоченных ножнах, каждой жене досталось по пёстрому платку, а сыновьям – по чеканному браслету. Коэн Эвьятар бен-Ахимелех получил большую серебряную чашу для смешивания вина с водой. Не были забыты и старейшины племени Йеѓуды, и соратники Давида, и его командиры. Караван возвращался домой после двух лет удачной торговли в Египте. На верблюдов были навешены связки каменных кувшинчиков с золотым песком, мешки с утварью для святилищ, с оружием и дорогими тканями.

– В этом году, – рассказывали купцы, – в Чёрной земле за колесницу просят до четырёхсот сиклей серебра. Да за каждую лошадь ещё по сто пятьдесят. Мы их и покупать не стали.

– Сколько же сейчас стоят там рабы? – спросил Адорам из Двира, с которым Давид советовался по всем хозяйственным делам. Гости знали, что у иврим есть традиция посылать в Третий месяц каждого года караван в Египет для выкупа своих братьев, попавших в плен, и поэтому отвечали обстоятельно:

– Мужчины от двадцати до шестидесяти лет стоят по пятидесяти сиклей серебра, а моложе двадцати пяти – по тридцать.

– Точно столько же заплатили египтяне братьям праотца нашего Йосефа, когда те продали его в рабство, – засмеялся лекарь Овадья. – А сколько просят за египетских рабынь.

Адорам записывал.

Трапеза во дворе королевского дома становилась всё оживлённее. Между гостями сновали нарядные девушки, меняя блюда с пирогами и фруктами. Слуги обносили финикийцев кубками с холодной водой и молодым вином. Мааха и Ахитофель Мудрейший развлекали их беседой. Ждали Давида. За ним послали его младшего сына Шфатью, но тот всё не возвращался.

За столом слышались пожелания благополучного правления королю иврим и здравицы в честь короля Цора.

Странный сон увидел Давид во время дневного отдыха под смоковницей и, проснувшись, поспешил в дом пророка Натана рассказать о нём и посоветоваться.

– Сказал я Господу: Вот поставил ты меня над племенами Йеѓуды и Биньямина, а ведь между ними вражда и старинный спор». И ответил Он мне: «Твой главный город будет не в их наделах. Из Шалема будешь править – там буду я с тобой и с народом». Что это значит, Натан? Какой знак подаёт мне Господь? Что я должен исполнить?

Пророк Натан дрожал от волнения.

– Этого нельзя понять сразу, – вымолвил он наконец. Повтори сначала. И как можно точнее. Каждое слово тут означает нашу судьбу.

Давид повторил, и его рассказ прозвучал иначе, оттого что он вспомнил новые картины из своего сна. Постепенно оба успокоились и решили, что пророк Натан будет вопрошать Господа у жертвенника, а Давид соберёт своих советников.

Только теперь разрешено было войти Шфатье, томившемуся за порогом.

– К тебе гости! – выпалил мальчик. – Купцы, забыл откуда, пока здесь ждал.

– Не от Ахиша? – встревожился Давид.

– Нет, это – финикийцы. Они идут к себе домой, на север.

– Хорошо, – Давид поднялся. – Беги, скажи, что я иду.

Сначала он увидел верблюдов в богатой сбруе, привязанных к большим камням неподалёку от колодца. Прикинув по какой дороге мог прийти караван, Давид удивился, почему они не шли по Морскому тракту. Может, у них война с Филистией, а они не знают, что Давид – слуга басилевса и должен действовать против любых его врагов?

Так размышлял он, идя по заросшей травой тропинке к своему дому.