– Ты в порядке? - спросил он, когда Доротея убрала от лица руки. - Не шевелись, я посмотрю.

Из раны на шее текла кровь. Грудь, руки и ноги девушки покрывали царапины. На них Лэмпарт не обратил особого внимания, а вот рана на шее ему не понравилась.

– Потерпи чуть-чуть. Откинь голову назад.

Он приложил губы к ране, высосал немного крови, сплюнул, снова осмотрел шею.

– Что это? - спросила Доротея. - Жжет ужасно!

– Одна из тварей зацепила тебя клювом. Неглубоко, однако кровь идет довольно сильно. Нужно ее остановить. Придется расстаться с кофточкой.

– Да чего там!

Доротея послушно разделась, Лэмпарт разорвал тонкую ткань и наложил повязку.

– Сейчас я больше ничего не могу сделать. Возвращаемся. На, возьми копье, будешь на него опираться. Пошли.

– Со мной все в порядке! - заявила Доротея и чуть не упала.

– А меня называла упрямым!… Сядь! Или хочешь, чтобы я усадил тебя силой? - Когда Доротея опустилась на песок, он устроился рядом с ней. - Сейчас ты работаешь в два раза больше, чем когда-либо прежде. У тебя великолепное, сильное тело, но его возможности не безграничны. Кроме того, ты почти ничего не ела. Как только мы вернемся, как следует поешь, а потом отправляйся спать. Поняла?

– Да, господин! - сказала Доротея. - Как прикажете, господин!

Лэмпарт вдруг почувствовал себя ужасно глупо и разозлился. Но в следующее мгновение ему стало смешно.

– Я в первый раз вижу, как ты смеешься, - проговорила девушка. - Ради этого стоило получить серьезную рану.

– Ничего себе цель в жизни - заставить меня смеяться!

– Что тебе известно про цель моей жизни? - спросила она. - Ты делаешь на мой счет самые дикие выводы, дразнишь и говоришь гадости, а на самом деле ничего про меня не знаешь.

– Только то, что слышу и вижу, - спокойно ответил Лэмпарт. - Вот еще одно различие между нами. Меня не интересует, что творится у тебя в душе. Кроме того, мне все равно никогда не узнать правды - я могу только строить предположения. Да и не мое это дело. Речь идет о твоей жизни, а не о моей.

– Ты меня в самом деле ненавидишь, верно? - шепотом спросила Доротея.

– Да нет! С какой стати? Я много работал бок о бок с коллегами. У меня складывались с ними прекрасные отношения, если у нас была общая задача. Это называется сотрудничество. Имеется определенная цель, к достижению которой мы и стремимся. Но отвлекаться от дела и тратить силы на то, чтобы выполнять чьи-то капризы… такое поведение представляется мне глупым. Если я в состоянии решить свои проблемы самостоятельно, я так и поступаю. Когда мне требуется помощь, я за ней обращаюсь.

– А если помочь некому?

– В таком случае я справляюсь сам или борюсь с последствиями. По-моему, очевидно, разве нет? Ладно, ты уже немного отдохнула. Обопрись на меня.

– Что-то не припоминаю, чтобы я просила помощи, - пробормотала Доротея. - Черт бы тебя побрал, Джон Лэмпарт, а ты не думал, что я и сама хотела бы узнать, кто я такая? Что я впервые встретила человека, который ни от кого не зависит и сам строит собственную жизнь? Настоящего мужчину! А я не могу к нему пробиться, не в силах понять, как он устроен! Тебе такое не приходило в голову? - повторила она.

– Знаешь, ты пытаешься найти ответы на свои вопросы очень необычными методами.

– Ну и что? Да, Джон Лэмпарт, я странная. Может быть, смешная. У меня нет настоящих друзей, я ни к чему особенно не стремлюсь. Природа не наделила меня выдающимися талантами… А тебе известно, что до меня никому нет дела? Даже отцу. Я - знаменитость, сущее наказание, чума, и язва, и все такое прочее. Но кто я такая на самом деле? Что собой представляю? Сейчас я больше не человек - в привычном смысле слова.