Начальник стражи сенатора Моравиуса почувствовал, что начинает краснеть, и ничего не мог с этим поделать. Лишь бы госпожа не заметила. Но та заметила. И радостно хлопнула в ладоши.

– Ой, смотрите-ка, старый вояка зарделся, как новобранец! И окаменел, точно статуя. – Деливио, посмотри на меня! Ха-ха, когда совращал бедную вдовушку, наверное, не краснел.

– Я не знаю о чем вы, госпожа. У меня есть жена,- сказал Деливио, и ему стало противно.

Каков! Влюбил в себя женщину, бросил ее, заставил мучиться, а теперь – не знаю». А Ларго знаешь, с которым навсегда рассорился из-за прелестной Алаккии? Видишь, мне все известно. Деливио, Деливио, ну скажи, что за страшилу ты притащил в дом? Это не оборванец, да? Он выдает себя за другого?

Он и сам сегодня вспоминал их ночи с Алаккией – воспоминания пробудило дневное посещение Ларго. И грешным делом мелькнула мысль: а не зайти ли к ней как-нибудь вечерком? И вот теперь выясняется, что и Алаккия его ждет… Деливио захотелось остаться одному, но жена сенатора и не думала уходить, все трещала, мучила расспросами о пленнике. Какие, однако, любопытные существа, эти женщины! Как же от нее отвязаться?

Деливио вдруг вспомнил, как Вайгал сказал ему: дескать, прибыл в Конверум за головой Аффендоса и только случайно напал на политический заговор. Выдать, что ли, этой красивой, но, увы, недалекой женщине какую-нибудь ерунду про легендарного Короля Теней да про охотников на него? Глядишь, и отстанет от меня…

– Так и быть, госпожа, скажу, кто таков этот верзила. Да, он не оборванец, а тайный посланец нашего короля, прислан сюда разыскать нашего Аффендоса. К вашему мужу обратился, как к человеку, которому можно полностью довериться, а в веревках его привели, чтоб никто ничего не заподозрил. Разумеется, мне больше ничего не известно. Только это между нами, хорошо?

– Конечно, милый Деливио, ты мне ничего не говорил. Он страшный, этот Аффендос, я его очень боюсь,- И действительно, на хорошеньком личике Кальвии мелькнуло что-то вроде испуга. Но испуг мгновенно улетучился.- Не забудь проведать Алаккию! Приятнейшая женщина! – произнесла игриво напоследок Кальвия и вышла с балкона.

Деливио облегченно вздохнул. Он даже не подумал о том, откуда Кальвия знает о его связи с вдовушкой Алаккией.

На смену Кальвии в дверном проеме показалась фигура стражника; в руках он держал посверкивающий в лучах предзакатного солнца обнаженный меч.

– Господин Деливио,- сказал он встревоженным голосом.- Стражники северного крыла заметили в саду какое-то движение. Похоже, среди деревьев кто-то прячется. Числом не меньше пяти. Я приказал прочесать сад.

– Иду.- Деливио застегнул верхнюю пуговицу мундира и отбросил прочь все сомнения насчет своего поступка. Кого это еще принесло? Нет, клянусь Митрой, ну и денек сегодня выдался!…

* * *

Шаман Маиумба сидел, укрытый ветвями, на дереве, откуда хорошо была видна каменная гора, изрытая пещерами и набитая белыми пауками. В ней презренные твари упрятали Пьйонгу. Гнусные животные очень постарались, чтобы никто не добрался до украденного ими воплощения Великого. Они наводнили подходы к Большой пещере отрядами охотников. На один из отрядов наткнулся он со своими воинами по пути сюда. Конечно, паучки не смогли одолеть прославленных сынов Нанги и мужа ее – Великого Пьйонги, чья храбрость превыше храбрости Хитрого Полосатого Зверя, а ловкость сравнима лишь с проворством Хвостатых Полулюдей – макакук.