И все же он совсем не торопился, целуя ее.

С другой стороны, она была сладкой, как айсвайн, мягкой, как двойной бурбон, кружила разум подобно портвейну. И он был опьянен еще до того, как поднял голову, чтобы сделать вдох.

Но он не проведет так вечность. Он собирался добраться до иного местечка.

Сцеловывая свой путь по колонне ее шеи, он с сожалением посмотрел на рваные ранки на вене и потерся о них губами.

— Прости, — выдохнул он хрипло.

— Но за что?

Ему пришлось закрыть глаза, когда ее хриплый голос прорвался сквозь туман в голове… и возбудил его еще сильнее. О чем она спрашивала… а, точно.

— Мне стоило быть нежнее.

— Что ж, я не против, когда так крепко сжимают. Вовсе нет.

Ииииииии, от ее слов начало двоиться в глазах.

— Ты собираешься вернуться туда, где был? — спросила она.

Черт, да.

— Да… прямо сейчас. Если ты хочешь…

Ее тело выгнулось, и в купе с ее стоном это было лучшим «я хочу», которое он когда-либо слышал.

Пытаясь обуздать внутреннего зверя, Трэз покрыл поцелуями ее ключицу и отстранился, взглянув на Селену. Ее груди — самое красивое, что он когда-либо видел: она была идеально сложена, напряженные соски на кремовой, бархатной коже, а ее дыхание испытывало его самоконтроль.

Он был таким же нежным, как и с ее губами.

Вытянув язык, он закружил вокруг ее соска… и ей понравилось, судя по тому, как она запустила руки в его волосы.

— О-о… — застонала она.

Трэз улыбнулся, прежде чем втянуть вершинку. Лаская ее, он лег на бок, а рукой скользнул вниз по ее талии, бедру… внутренней поверхности.

Ее расслабленное, доверившееся ему тело было подобно воде в его руках. Он лизнул ее сосок и продолжил свой путь, все ниже и ниже. Он почти добрался до ее лона, зная, как и где именно ласкать ее, когда…

Образ человеческой женщины заполнил его мозг.

Поначалу он не понял, что там изрыгнул его разум… но потом вспомнил первую встречную, которую поимел на заднем сидении автомобиля год назад. С губительной четкостью. Он увидел все в высоком качестве, помада размазана по ее передним зубам, тушь пятнами залегла под глазами, неумело сделанные груди с косым соском.

Но не это самое худшее.

Нет, хуже всего, что ее голова двигалась вверх-вниз… потому что он в этот момент вбивался в нее.

Его член был в ней, туда-сюда, ритм становился все быстрее, чтобы кончить поскорее и завершить происходящее.

Его эрекция, та, что была готова войти в Селену, побывала в выгребной яме. Он был в… сотнях грязных человеческих женщин, которых не волновал безопасный секс или тесты на венерические заболевания, или же они уже успели подцепить СПИД, пуская к себе в трусы шлюх вроде него.

Тот факт, что он не являлся переносчиком болезней, был совсем несущественным.

Грязь есть грязь.

Дернувшись назад, Трэз с шипением закрыл глаза, пытаясь насильно вытряхнуть из головы это дерьмо.

— Трэз?

— Прости, я… — Качая головой, он сосредоточился на ее грудях… и от ненависти к себе его замутило.

— Я просто…

В его мозг вцепилась еще одна женщина, та агент по недвижимости, которую он поимел в купленном складе: он представил, как она упиралась в стену, пока он трахал женщину сзади, и на ее пальце поблескивало кольцо.

— Прости, — прохрипел он.