Но Дженет разрушила планы мачехи. Вместе с любимым Дэвидом она оставила свою знатную родню и унеслась навстречу свободе.

Свобода. Мария отложила письмо, приказала открыть дверь каюты. Легко передвигаясь по кораблю, молодая королева остановилась на главной палубе. Придворная дама накинула ей на плечи плащ. «Как это утомительно и неприятно, что тебя все время окружают слуги и придворные», — подумала Мария. Они сопровождали ее всю жизнь, но никогда прежде она не тяготилась этим. Во всяком случае, до тех пор, пока не испила сладкий нектар свободы. Свободы всего лишь на несколько драгоценных дней.

Все вокруг не позволяли ей дышать. Нянчили ее. Старались изо всех сил угодить. Эти молодые знатные дамы были для нее чужими, и Мария понимала, что Карл специально окружил ее ими. Меньше шансов на то, что его плану помешают осуществиться. Сплошь чужие люди, за исключением тети.

Присутствие Изабель на судне обеспечивало Марии единственное противоядие смертельным дозам поклонения и лести. Конечно, с Изабель далеко не всегда можно было согласиться. После многочисленных отказов старая дама все-таки согласилась сопровождать Марию до пункта назначения. Но не дальше. К какому бы бедному порту они ни пристали, уверяла Изабель, она тут же покинет Марию.

Она твердо заявила об этом ей и Карлу. Ее обращение с племянницей и племянником вряд ли можно было назвать деликатным. Она не скрывала своего отношения к новым приготовлениям и решению Марии сотрудничать с этими тупыми и старомодными дипломатами.

Молодая женщина, выслушав все, что сказала Изабель, тепло и мягко поблагодарила ее за участие. Хотя помощь эту вплоть до настоящего времени было трудно назвать моральной поддержкой. Но Мария знала, что, когда Изабель действительно будет ей нужна, она всегда примет ее сторону.

В глубине сознания молодой королевы теплилась надежда. Она ведь еще не вышла замуж за короля шотландцев, и шанс — пусть слабый — на воссоединение с Джоном оставался.

Глубоко вдохнув свежий воздух, Мария направилась к перилам. На палубе толпилась нарядная толпа, и Мария почувствовала, что среди дам витает дух соперничества за ее благосклонность. Как испанские, так и шотландские дамы и кавалеры пытались привлечь ее внимание, когда она проходила мимо, но Мария лишь кивала в ответ. Ее глаза искали лишь одного человека. Но пока поиски были безрезультатными.

«Он должен быть где-то здесь», — думала она. Он командует этим кораблем и тремя другими, которые следовали за «Святым Михаилом», работает, оставшись без своего лучшего шкипера. Но Джона нигде не было видно.

Стараясь подавить в себе чувство отчаяния и безнадежности, Мария посмотрела в сторону кормы, где, как она знала, Джон проводил много времени, наблюдая за работой матросов на палубе и реях.

Но его не было и там. Взглянув на дверь, ведущую в его каюту, Мария чуть было не направилась к ней. Но она колебалась лишь несколько секунд, понимая, что не может войти туда, любой ее промах будет для него фатальным.

«Ну что ж, — решила она. — Придется стоять и ждать». До тех пор, пока она не увидит его хотя бы мельком. Мария притворилась, что нежится на солнце и не надышится соленым ветром. Придворные последовали ее примеру.

Мария вдруг поймала на себе чей-то взгляд, нет, не высокого и красивого командующего, а застенчивый взгляд паренька с песочными волосами. Младший брат Дэвида Эндрю неподалеку помогал морякам чинить снасти. Мальчик, не привлекавший никакого внимания знатных дам и кавалеров, время от времени поглядывал в сторону Марии. Она сделала ему знак приблизиться. Но он повернулся спиной.

«Что ж, — подумала она. — Я, конечно, справлюсь с восьмилетним ребенком». Мария велела одной из придворных дам привести его к ней. Эндрю и знатная дама обменялись несколькими фразами, столпившиеся на палубе смотрели на них с улыбками.