Перед командующим вновь открылся мир. Но лицо его вдруг омрачилось.

— А как же с контрактом, Кит? Свадебным контрактом между Ангусом и императором?

— Пусть они женятся друг на друге. Наша официальная позиция — контракт незаконен. Я уже послал письмо ей и письмо в Антверпен. Я не подписывал никаких документов, и, если император будет выступать с какими-либо притязаниями и предпримет какие-либо действия против нас, мы защитим Шотландию. Вот так, Джек. Мария свободна.

Свободна! Мысли Джона заметались. Проблем оставалось немало.

— Сир, я выплачу приданое. Ведь золото, которое Ангус получил от императора, исчезло вместе с ним.

Король Джеймс минуту раздумывал, потом согласно кивнул.

— Хорошо. Думаю, мы примем это предложение. Всем известно, что состояние Марферсона превышает даже богатства императора.

Джон положил руку на крепостную стену. Мария была все еще в замке Драммонд.

— Но есть еще вопрос, — продолжал король. — Ты должен убедить императора, что имеешь право на ее руку. У него могут возникнуть новые планы в отношении сестры. Мысли о браке с еще каким-нибудь монархом.

Глаза Джона сверкнули. Мария уже заплатила свой долг. Он положил руку на плечо короля.

— Прощай, Кит, — тепло сказал он и направился к выходу из замка.

— Куда ты, Джек Большое Сердце? — с улыбкой спросил король.

— Иду за мечтой, сир, — ответил он и, махнув рукой, исчез в воротах.

32.

На рассвете она и Изабель отправятся в порт Данди. Элизабет заверила ее, что корабль ждет их. Через неделю или две, в зависимости от ветра, судно прибудет в Кастилию. Мария вновь взглянула на письмо монарха, в нем говорилось, что король аннулирует соглашение между Ангусом и императором и их помолвка расторгается. «Пора ехать», — она вытерла слезы.

Фиона во время их пребывания в замке Драммонд оказалась любезнейшей хозяйкой. Мария и Изабель чувствовали себя как дома. Они обе удивились, узнав, что Фиона — сводная сестра самого короля Джеймса. Она радовала своей любовью не только своих детей, но и всех, с кем соприкасалась. Она приняла Марию как сестру. И Мария, и Фиона, и Элизабет стали друг другу как родные.

Сегодня, в последний день в этом замке, Мария подготовила прощальный вечер. На нем будут все. Все, кроме Джона. Вот-вот должны подъехать Алек и Амброуз. Он сообщил Марии, что брат занят на королевском совете, но Мария знала правду. Он скорее в геенну огненную отправится, нежели к ней. Он не может себя заставить вновь встретиться с ней. Это понятно и, может быть, так лучше для всех.

Положив письмо короля на стол, она встала и посмотрела на себя в большое зеркало. Ее живот оставался плоским и твердым. А ведь в нем растет жизнь. Мария вышла в освещенный факелами коридор. У нее впереди достаточно времени, чтобы подумать, что могло бы быть и как растить ребенка. Их ребенка.

На лестничной площадке Марию чуть не сбил с ног гигант, по пятам которого следовала темноволосая девочка. Твердая, как сталь, рука подхватила ее, и она улыбнулась, поняв, что ее используют как щит против наседавшей на мужчину Джеми.

— Прошу вас, мисс, останьтесь и спасите меня от этого ангела смерти, — умолял со смехом молодой воин. — Я останусь вашим вечным должником.

Стоя между семилетней девочкой и огромным, как башня, мужчиной, Мария искренне расхохоталась.

— Вы имеете в виду эту крошку?

— Вот именно, — ответил он, — сказочные существа всегда так малы и так опасны.

Мария преградила девочке путь.

— Простите меня, ваша милость, — сказала Джеми, приседая в реверансе.