По дороге Джон мучительно раздумывал, как ему вести себя. Войти и заключить ее в свои объятия, притворившись, что не принес ей боли? Он любит, но он же не беспамятный. Может быть, начать все сначала — добиваться ее расположения, заставить ее поверить в его любовь, а затем жить надеждой, что она простит его?

Он почувствовал на своем плече тяжелую руку Амброуза и очнулся от раздирающих душу раздумий. Они уже подъехали к замку.

— Мы даем тебе один вечер на то, чтобы ты все исправил, негодяй, — сказал Амброуз с хитрой усмешкой.

Алек опустил свою огромную лапу на другое плечо Джона.

— Ты можешь превзойти себя в комплиментах и любезностях, но упаси тебя бог показать ей свою безобразную физиономию.

— Мы полюбили ее, Джон, — посерьезнел Амброуз. — И если ты ее потеряешь, то наши жены закатят нам скандал.

— Смотри, Джон, не подкачай, — хлопнул его по спине Алек.

Джон посмотрел сначала на одного, потом на другого брата. Эти гиганты обращаются с ним как с ребенком.

Не дожидаясь его ответа, два старших брата первыми вошли в зал.

* * *

Он здесь. Мария почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь.

Все, включая Изабель, встали приветствовать вновь прибывших. Мария изумленно наблюдала, как ее тетка пересекла зал и, подойдя к Джону, обняла его. Нет, ей самой лучше оставаться на месте. У нее от волнения подкашивались ноги.

Джон поднял глаза, и их взгляды встретились. Его сердце сейчас выскочит из груди. Она стояла вся в белом, черные шелковые волосы рассыпались по плечам. Изабель что-то шептала ему на ухо. Его племянница и племянники карабкались по нему, как по дереву, а он все не мог оторвать от нее глаз.

В каком-то ожидании все взгляды устремились на него. Мария видела, что постепенно он приходит в себя.

Ее сердце готово было разорваться.

Подняв на руки своего племянника Михаила и передав его Элизабет, Джон направился к Марии. Его шаги были широкими, сам он казался таким уверенным. Глаза сверкали тем особым блеском, который она хорошо помнила со времен плавания. Он остановился прямо перед ней. Их разделял лишь стол.

— Ваше Величество, — поклонился он.

Сердце ее упало. Так официально!

— Милорд, — она медленно кивнула в ответ.

— Вы позволите сесть рядом?

Она не сводила с него глаз, пытаясь понять его настроение. Он был очень официален, но в его синих загадочных глазах мерцало что-то таинственное.

— Конечно, — постаралась спокойно ответить она.

Джон тут же перепрыгнул через стол.

У Марии от удивления поползли вверх ее стрельчатые брови, но никто в зале, казалось, не был шокирован. Вновь засновали слуги, зашумели гости, забегали дети. Постепенно Мария пришла в себя и подняла на него глаза. Он стоял рядом и ждал, пока она сядет. Взглянув на него через плечо, она опустилась на стул.

«Взгляд ее означает приглашение», — подумал он. Ликуя, Джон уже приготовился сесть рядом, но боковым зрением увидел, что к ним направляется его мать.

— Мария, — мягко сказала леди Макферсон молодой женщине, — простите этого горного козла. Я-то думала, что воспитала его лучше.

Повернувшись к Джону, она поцеловала его и прошептала:

— Смотри ничего не испорти, а то тебе придется держать ответ не только перед женами твоих братьев.

— Рад видеть тебя, мать, — Джон ласково обнял ее. — Я всегда знал, что я твой любимчик.

Отстранившись, она стукнула его по груди.