В это утро командующий много думал о своем «предательстве», как называла их любовь с Марией Каролина, о ней самой, о том, как рисковала Мария, стараясь спасти его жизнь. И вот сейчас, находясь со своим королем, с человеком, женой которого она скоро станет, Джон чувствовал к ней такую щемящую любовь и жалость. Он понимал, что так любить ее, как он, не сумеет никто. Но он знал и то, что не заслуживает ее — ей суждено стать его королевой.

Уже давно — с тех пор, как они покинули Антверпен, — Джон решил для себя, что с покорностью примет любое наказание, которое назначит ему король за то, что он был так смел в отношениях с его невестой.

Он вновь вспомнил ее слова. Мария искала мечту. Он мог сказать про себя то же самое. Память о днях их любви навсегда останется в его сердце независимо от того, будет ли он заключен в тюрьму или подвергнут мучительной казни.

— Сегодня королева-мать спросила меня, когда состоится моя свадьба. — Король посмотрел на Джона. — Может, ты знаком со слухами в совете?

Воин почувствовал, как его сердце горячей стрелой пронзила боль. Ему невыносима сама мысль, что Мария будет в объятиях другого мужчины. Даже если это его король. Если его не приговорят к смерти, он должен уехать отсюда. Он откажется от звания лорда флота.

— Сир, я…

— Подожди, Джон, — прервал его король. — Я сказал матери, что еще не готов к браку.

«Новый Свет», — подумал Джон. Да, именно так. Он уедет в Новый Свет. Находясь так далеко, он со временем, может быть, забудет…

«Еще не готов к браку». Слова короля медленно проникали в его сознание. Король понимающе смотрел на него.

— Вы… вы не женитесь? — спросил Джон.

Джеймс покачал головой:

— Может быть, когда-нибудь, но не сейчас. Хотя я ей и очень обязан — я не женюсь на этой женщине.

Джон потерял дар речи.

— Она не хочет ни этого брака, ни меня, Джек Большое Сердце. Я счел бы за честь жениться на ней, но она не примет меня в свое сердце. Оно занято другим. Она влюблена в… ну в общем, любит другого.

Джон прокашлялся:

— Сир, я, видимо, должен вам сказать, что, когда я спас ее в море…

Джеймс достал из кармана пять писем.

— Я достаточно хорошо знаю тебя, Джек Большое Сердце. Она мне написала обо всем, что случилось с момента ее бегства из императорского дворца до приезда в Шотландию.

— Она вам написала, — повторил Джон. — И она рассказала вам… все?

— Ну… думаю… она упустила какие-то подробности, которые могут послужить основанием для обвинения нашего доблестного командующего флотом. Честно сказать, я раздумывал, достаточно ли она объективна в оценке его характера.

— Моего. Я не думаю, сир, что… Она сказала вам о своих чувствах ко мне?

— Нет, не сказала, — весело ответил король. — Она лишь превозносила твое поведение по отношению к ней.

— Тогда как вы узнали, что… Понятно, Каролина вам рассказала?

— Конечно, — покачал головой король Джеймс. — Но она была врагом, а ты друг. И я отвечу тебе: я слышал, что она говорила, но счел это ложью.

— Я действительно искал ее расположения, но это до того, когда я узнал, кто она.

Молодой король положил руку на плечо Джону.

— Я доверяю тебе больше, чем кому бы то ни было. Я выслушал Каролину и разгадал ее злостный умысел. И я читал письма Марии и понимал ее чувства. На свой лад Каролина помогла мне понять, почему Мария так возносит тебя. Мария Габсбург любит тебя, Джек Большое Сердце.