Изабель резко остановилась. Бросив взгляд на Марию, она увидела, что молодая женщина близка к обмороку.

— Ну, вот, — кивнул Джон, — значит, я правильно предположил, что вы знаете ее.

— Не ее, а о ней, — резко прервала его Изабель. — Только о ней, мой дорогой.

Она отодвинула тарелку и постаралась изобразить зевок. Ей надо как-то заставить себя умолкнуть.

— Я устала, — сказала Изабель. — И плечо жутко ноет. До того, как вы сведете меня преждевременно в могилу своей бесконечной болтовней, будьте джентльменом и помогите мне дойти до кровати. Мария проводит вас и ваших слуг.

— Да, но еще рано, ночь еще молода, — запротестовал Джон.

— Зато я стара, — ответила Изабель, подавая Марии знак.

Мария взяла старую даму за руку и взглянула на командующего. Его глаза улыбались.

— Вряд ли о вас это можно сказать, — сказал он со значением, поклонившись Изабель. Слуги торопливо убирали со стола посуду. — Поди позови служанку, — сказал Джон одному из них.

— Зачем она вам? — резко спросила Изабель.

— Мне-то она ни к чему, — ответил он. — А вот вам потребуется. Я забираю Марию с собой прогуляться по палубе.

— Вы спрашиваете у меня разрешения? — Изабель уселась на высокую постель.

Джон посмотрел Марии прямо в глаза.

— Спрашиваю. Но не у вас, а у нее.

У Марии перехватило дыхание. Помедлив, она согласно кивнула. Он улыбнулся в ответ, а у нее кровь горячо запульсировала по венам.

В каюту вошла служанка и торопливо направилась к старой даме.

Джон вежливо склонился перед Изабель.

— Благодарю вас.

— Хорошо. Но не обольщайтесь, мы не приглашаем вас проводить все вечера с нами. — Старая дама улыбнулась, глядя вслед Марии. Походка Марии выражала полную решимость. «Ну что ж, — усмехнулась про себя Изабель. — Пора».

12.

Туман рассеялся.

Свежий морской ветер поднял полы плаща Марии, когда она вступила на палубу. Волосы хлестали по лицу и мешали что-либо рассмотреть. Подняв руки, она связала их в тугой узел, сунула под воротник плаща и подняла капюшон. Воздух чист и свеж, небо темно. На палубе было хорошо.

Мария ждала возражений от Изабель. Но таковых не последовало. Это удивило девушку. Достаточным оказалось решение самой Марии. Никаких вопросительных взглядов, красноречиво свидетельствующих, что ей ясны мотивы. Интересно, понимает ли Изабель, сколь важно это для нее.

В темноте она могла разглядеть лишь несколько матросов, несущих вахту. Мария посмотрела вслед командующему, когда он подошел к одному из них, тот как раз стоял под фонарем на главной мачте. Ей не нужно было слышать, что он сказал ему. Она и так это знала.

Весь вечер они хотели остаться наедине. Наконец это оказалось возможно. Во время обеда она не могла думать ни о чем другом. Как же будет на сей раз, когда они останутся одни? Предпримет ли он вновь какие-то попытки? А вдруг она не сумеет ответить на это должным образом? Может быть, нужно что-то сказать ему, прежде чем он заключит ее в свои объятия? Она надеялась и не очень-то хотела, чтобы он вел себя по-джентльменски. Может, он начнет и проказничать.