Дорилис склонилась над инструментом, пробуя взять непокорный аккорд. В конце концов ей пришлось отказаться от этого занятия.

– Хотела бы я иметь шесть пальцев на руке, – сказала она. – Никак не получается! Интересно, унаследуют ли мои дети музыкальные способности или только ларан ?

– Ты еще слишком молода, чтобы думать о детях, – заметила Кассандра.

– Уже через месяц я смогу зачать ребенка. Ты знаешь, как нам нужен наследник крови Алдаранов.

Девочка говорила так серьезно, что Кассандра не могла не пожалеть ее.

«Вот что они делают с женщинами нашей касты! Дорилис едва успела отложить в сторону своих кукол, а уже не думает ни о чем, кроме своего долга перед кланом».

– Может быть, – она замешкалась после долгого, тягостного молчания, стараясь подобрать нужные слова, – может быть, Дорилис, тебе вовсе не следует иметь детей с тем проклятием ларана , которое ты носишь в себе?

– Если наследник Домена может рисковать жизнью на войне, то дочь великого лорда обязана рискнуть всем ради детей своей касты, – возразила Дорилис. Ее уверенность придавала знакомым словам угрожающий оттенок.

Кассандра тяжело вздохнула.

– Я знаю, чиа . Когда я была маленькой, мне тоже приходилось каждый день слышать эти слова. Они казались истиной, и я верила им так же, как ты веришь сейчас. Но мне кажется, ты сначала должна вырасти, а потом уж решать, что к чему.

– Я достаточно взрослая и могу принять решение, – заявила Дорилис. – У тебя нет такой проблемы, как у меня, кузина: твой  муж – не наследник Домена.

– Разве ты не знала? – спросила Кассандра. – Старший брат Эллерта будет королем, если эммаска из Тендары лишится трона по решению Совета. У него нет законных сыновей.

Дорилис уставилась на нее.

– Ты могла бы стать королевой! – благоговейно прошептала она. Очевидно, до сих пор у нее не было ни малейшего представления о титуле Эллерта; он был лишь другом ее брата. – Но тогда дом  Эллерт тоже нуждается в наследнике, а ты так и не принесла ему сына!

В голосе Дорилис звучала укоризна. Помедлив, Кассандра рассказала ей о выборе, который сделали они с Эллертом.

– Мы могли бы это сделать, но подождем, пока не будем уверены, – закончила она. – Совершенно уверены…

– Рената сказала, что я не могу рожать дочерей, – пробормотала Дорилис. – Иначе я умру, как умерла моя мать, когда рожала меня. Но я не уверена, что могу доверять Ренате. Она сама любит Донела и не хочет, чтобы у меня были дети от него.

– Если это так, то лишь потому, что она боится за тебя, чиа, – очень мягко сказала Кассандра.

– Но в любом случае сначала у меня будет сын, – продолжала Дорилис, – а дальше посмотрим. Возможно, когда я рожу сына, Донел забудет Ренату, потому что я стану матерью его наследника.

Детское невежество наследницы Алдарана было так очевидно, что Кассандра встревожилась. Ее снова одолели сомнения. Может ли она наилучшим образом укрепить свой брак с Эллертом, подарив ему сына, которого он должен иметь, если его не лишат наследства, как собираются сделать с принцем Феликсом? Они уже довольно долгое время не возвращались к этой теме.

«Кажется, я бы все отдала, лишь бы быть такой же уверенной в себе, как Дорилис». Но Кассандра решительно взяла ррил, лежавший у нее на коленях, и положила пальцы Дорилис на струны.

– Посмотри. Если ты будешь держать инструмент вот так, то сможешь взять сложный аккорд.