– Это они, – залепетал Олег, дрожа как осиновый лист. – Души убитых.

– Да пошел ты!

Вощилин оставил дружка у костра, а сам спрыгнул в яму, которая уходила под одну из плит, пристроил на насыпи фонарик и воткнул лопату в мягкую глину.

– Души… Лишь бы ничего не делать.

Не прошло и пяти минут, как лезвие лопаты уткнулось во что-то твердое.

– Вот он родимый, – обрадовался Митяй. – А ты говоришь: нет никакого кабеля. Накося-выкуси! Есть! Что за черт?

Вощилин увидел полукруг черной пластмассы и потянул за него. Луч фонаря осветил остатки полуистлевшей фуражки с синим околышем и краповой тульей. Затем на дно ямы посыпались кости и, подпрыгивая как футбольный мяч, выкатился череп. Вощилин взглянул на забитые глиной глазницы и выскочил наверх так, словно его подбросила невидимая пружина.

Здесь его ждал новый сюрприз. У костра стоял стриженый, коренастый мужик. Он прижимал к горлу Разумова нож.

Второй незнакомец вытряхивал из рюкзака вещи черных копателей.

– Смотри-ка, Валет, у него тут и бутылочка имеется. Освежимся?

Митяй попятился в темноту и залег у края взлетной полосы.

– Он говорит, что здесь еще один есть, – Валет принял из рук Носа откупоренную бутылку. – Волоки-ка его сюда второго.

Обидеться на дружка-предателя Вощилин не успел. Из ямы послышался шорох осыпающейся глины. Брошенная, как копье лопата со свистом рассекла воздух и вонзилась в грудь Валета. Уронив бутылку, зек рухнул на спину и забился в агонии. Чтобы не видеть этой жуткой картины, Митяй закрыл глаза и воспринимал дальнейшие события на слух. Вскоре пришлось заткнуть и уши. Но, даже прижав к ним ладони, Вощилин продолжал слышать истошные вопли Носа и Разумова.

– Знать бы, где упадешь, соломки подстелил бы, – полковник Лукошин посмотрел на три трупа, возле которых возились эксперты-криминалисты. – Мне уже звонили из управления. Намекнули, что пора собирать манатки. Скоро прибудет исполняющий обязанности начальника. С ним и будешь расследовать дело этого… Мясника.

Майор не знал, чем может утешить шефа, поэтому молча направился к старшему эксперту, старательно обходя лужи крови на бетоне.

– Ну и что можете сказать?

– Тут совсем не обязательно быть специалистом. Этому, – эксперт указал на Валета. – Воткнули в грудь лопату. С такой силой, что она рассекла кости грудной клетки. Смерть была мгновенной. Того, что с большим носом и третьего били головами о бетон до тех пор, пока не вышибли мозги. Подозреваю, что убийца, мягко говоря, безумен.

Сергеев мысленно представил себе картину разыгравшейся на взлетке бойни и поежился. Валет и Нос заметили пламя костра копателей. Возможно, хотели их обобрать. А дальше?

– Лопаты было две, – произнес майор вслух. – Значит, убивал второй копатель. Зачем же тогда он расправился с напарником?

– Они что-то нашли, – подал голос Лукошин. – Что-то ценное, а в процессе дележа…

Подбежал запыхавшийся милиционер.

– Только что по рации сообщили: взяли второго! Он в лесу прятался. Некий Дмитрий Вощилин. Безработный.

– Что говорит?

– Несет разную чепуху про выходцев с того света. Клянется, что никого не убивал.

– Видали мы таких, – полковник направился к своей машине. – Александр ты едешь?

– Секундочку!

Сергеев наклонился и поднял с бетона маленькую металлическую пластинку. Она была покрыта потемневшей от времени красной эмалью, а посеребренные края поблескивали в лучах солнца.

Во-вторых, майор просто не мог больше сидеть в отделе, где все кому ни лень, перешептывались о скорой смене руководства.