|
Впереди всех шел герцог де Гиз со шпагой в руке. Генрих замыкал шествие. Все поднялись на второй этаж. В столовой был подан, или, вернее, был убран ужин: метательными снарядами служили главным образом его предметы. Канделябры были опрокинуты, мебель перевернута вверх ногами, а вся посуда, за исключением серебряной, разбита вдребезги. Из столовой незваные гости перешли в гостиную. Но и здесь не было никаких указаний, которые привели бы к опознанию личностей. Несколько греческих и латинских книг да несколько музыкальных инструментов – вот и все, что они обнаружили. Спальня оказалась еще более молчаливой. В алебастровом шаре, свисавшем с потолка, горел ночник, но в эту комнату, казалось, никто и не входил. — В доме есть другой выход, – заявил Карл. – Вероятно, – согласился герцог Анжуйский. — Да, но где же он? – спросил герцог де Гиз. Выход искали, но так и не нашли. — А где привратник? – спросил король. — Я привязал его к решетке у ворот, – ответил герцог де Гиз. — Расспросите его, кузен. – Он не захочет отвечать. — Ну, если немножко подпалить ему ноги, так заговорит! – со смехом возразил король. Генрих поспешно выглянул в окно. — Его уже нет, – сказал он. — Кто же его отвязал? – поспешно спросил герцог де Гиз. — Смерть дьяволу! – воскликнул король. – Опять мы ничего не узнаем! — Вы сами видите, государь, – сказал Генрих: — Ничто не доказывает, что моя жена и невестка герцога де Гиза побывали в этом доме. — Верно, – ответил Карл. – В Писании сказано: три существа не оставляют следа: птица – в воздухе, рыба – в воде и женщина.., нет, я ошибся.., мужчина… (Карл путает изречения из двух библейских книг: «…после прохождения корабля.., невозможно найти следа.., от птицы.., не остается никакого знака ее пути..» (Книга Премудрости Соломона, V, 10, 11) и «Три вещи непостижимы Для меня, и четырех я не понимаю: пути орла на небе, пути змея на скале, пути корабля среди моря и пути мужчины к девице» (Книга Притчей Соломоновых, XXX, 18, 19).). — Таким образом, – прервал его Генрих, – самое лучшее, что мы можем сделать… — ..это, – подхватил Карл, – мне полечить мой ушиб, вам, Анжу, смыть апельсиновый сироп, а вам, Гиз, велеть очистить кабанье сало. Все четверо вышли из дома, даже не потрудившись закрыть за собой дверь. Когда они дошли до Сент-Антуанской улицы, король спросил герцога Анжуйского и герцога де Гиза: — Куда вы направляетесь, господа? — Государь, мы идем к Нантуйе, он ждет нас – моего лотарингского кузена и меня – к ужину. Не желаете ли, ваше величество, присоединиться к нам? — Нет, благодарю; мы идем в другую сторону. Не хотите ли взять одного из моих факельщиков? — Нет, нет, спасибо! – поспешно ответил герцог Анжуйский. — Будь по-вашему… Это он боится, чтоб я не велел проследить его, – шепнул Карл на ухо королю Наваррскому и, взяв его за руку, сказал: — Идем, Анрио! Сегодня я угощаю тебя ужином. — Разве мы не вернемся в Лувр? – спросил Генрих. — Говорят тебе – нет, упрямая ты голова! Идем со мной, говорят тебе! Идем! И Карл повел Генриха по улице Жоффруа-Ланье. Глава 7. |
