— Да, миледи, — сказал Серж.

— Ждите людей завтра. Вам нужно что-нибудь еще?

— Нет, миледи.

— Уверены?

Он кивнул, как и те, кто был с ним.

Мы попрощались и пошли обратно, пригибаясь. Воздух стал холодным, солнце садилось, и я пошла быстрее. У нас не было ламп, да мы и не могли использовать их здесь, а ночь была облачной. Когда мы добрались до озера, над маленькой долиной навис туман, Мерек взял меня за руку и остановил.

— Что такое?

Он промолчал, выжидая, глядя в туман, а потом успокоился.

— Прости, — сказал он. — Я должен был убедиться.

— Ты что-то услышал?

Он покачал головой, я не продолжала. Мы пошли дальше, его хромота стала заметнее, и я без слов потянула за лямку сумки и протянула руку. Когда он без возражений снял ее через голову и отдал мне, я поняла, как больно ему было.

Мы вернулись затемно, остаток пути прошел медленно, отчасти из-за его ноги, отчасти из-за осторожности. Мерек не говорил после озера, я каждый шаг переживала, что он упадет, что его подведет нога. Мы остановились у первых стражей, у вторых, а потом вернулись.

— Слава богам, мы пришли, — сказала я, открыв двери. Он не ответил, я посмотрела на его напряженное выражение лица, губы были сжаты в линию. — Мерек?

— Я в порядке, — процедил он.

— Это я вижу, — не спрашивая разрешения, я обхватила его вокруг пояса. — Тебе нужна Эррин.

Это словно вызвало ее, она появилась, Стуан маячил за ней, держась за рукоять меча. Запястья Эррин все еще были связаны, щеки раскраснелись, глаза сияли. Заплетенные волосы выбились и падали на лицо.

— Вот вы где, — сказала она. — Серу нашли?

Я протянула сумку.

— Хорошо, — она радостно улыбнулась. — Потому что я сделала это. Я разобрала Опус Магнум. Я знаю, как сделать яд. Так что, как только принесут все ингредиенты, я сделаю Опус Мортем.

Глава 21:

— Что? — хором сказали мы с Мереком. От удивления он пошатнулся, я поддержала его. Его рука двинулась к моей на его поясе, я, не раздумывая, переплела пальцы с его.

— Я это сделала. Работала весь день. И всю прошлую ночь. Не могла остановиться. Это очень просто, потому что сера и ртуть отменяют друг друга. Нужно просто изменить величины, и…

Она замолчала и посмотрела на почти серого Мерека.

— Балбес. Почему не сказал мне заткнуться? Идем. Помоги ему, — приказала она, обернувшись, Стуану, который тут же послушался. Мерек отпустил мои пальцы и закинул руку мне на плечи, сделал так же со Стуаном с другой стороны.

Мы вели Мерека в его комнату, Эррин шла рядом, отмечала взглядом его симптомы. Его лоб был влажным, когда мы дошли туда, он блестел в свете свечей, которые я поставила на тумбочку, чтобы Эррин видела, что делает.

— Мне нужны руки, — сказала она Стуану, он взглянул на меня для разрешения, а потом ослабил узлы. Эррин потерла запястья, на них были красные следы, а потом повернулась к Мереку.

Она прижала ладонь к его лбу и выдохнула.

— Жара нет, — сказала она скорее для себя, чем для нас. А потом она отошла и закатал его штаны в деловой манере. Его лодыжка заметно опухла, она мрачно посмотрела на него. — Я не говорила отдыхать?

Он пожал плечами, я увидела, как она поджала губы, размотала бинты и осмотрела рану.

— Заражения нет. Тебя явно любят твои боги.

— Или дело в моем происхождении, — сказал он.